Искусство войны полностью

— Кто там, Вудворд? — раздался из глубины дома властный женский голос, когда дверь наконец-то распахнулась и перед нами предстал напыщенный тип в одежде дворецкого. Надо сказать, что одет он был как бы не лучше меня. Эмили же подалась вперед, едва услышав знакомый голос и махнула рукой, стараясь, чтобы ее увидели из-за массивной фигуры Вудворда.

— Не знаю, мадам, какие-то оборв… — он не успел договорить, потому что, если бы он договорил, я был бы вынужден отреагировать, ведь я принц крови, мать вашу, а не бомж подзаборный. Но Эмили не дала сделать Вудворду такой откровенной глупости еще раз махнув рукой и крикнув.

— Тетя Агнесс, это я, Эмили.

— Эмили? — женский голос приблизился, и теперь звучал удивленно и взволнованно. — Но, как?

Вудворда отодвинули в сторону и к двери выбежала статная женщина, одетая явно для выхода. Наверное, нам повезло, и мы успели застать ее дома, потому что тетя Агнесс явно собиралась уезжать. Это мое предположение подтвердилось подъехавшей откуда-то сбоку к открытой двери каретой. Тетка же, разглядев мою спутницу, охнула и принялась душить племянницу. Я даже поморщился, потому что был уверен, еще немного и услышу хруст ломающихся костей.

— О, Эмили, дитя. Последняя весть, которую я получила от твоей матери, была о том, что тебя выдали за Рутгорфа, чтобы он попытался тебя защитить, ведь его замок наиболее защищенный в приграничье.

— Барон отправил меня к тебе, когда стало понятно, что мы не сможем выстоять, — тихо проговорила Эмили. В ее глазах стояли слезы. — Но, если бы не его высочество, я вряд ли смогла бы обнять тебя.

— Его высоч… — Агнесс выпустила Эмили из объятий и уставилась на меня. Я же слегка наклонил голову набок, и разглядывал ее насмешливым отмечая просто феноменальное сходство с племянницей. Вот только в отличие от Эмили, тетка явно знала себе цену и умела преподнести то, чем ее так щедро одарила природа. Тем временем у Агнесс вовсю шел процесс опознания. Наконец какие-то невидимые мне кусочки паззла в ее голове сошлись, и она медленно присела в реверансе. — Ваше королевское высочество, как благостно видеть вас живым и невредимым.

— А уже как мне приятно, мадам, — я слегка наклонил голову, обозначая благосклонный поклон. — Мы встретили баронессу, когда с моим отрядом ехали сюда в Тинекс. Помогли в небольшом затруднение и препроводили в ваш дом. Но сейчас я вынужден откланяться. Дела, знаете ли.

— Это счастье видеть вас в моем доме, ваше высочество. Вы можете располагать им, как своим собственным.

— Лови ее на слове, — Эва как всегда подала голос абсолютно не вовремя. Я невольно поморщился, и потер висок, но тут же изобразил на лице улыбку, чтобы Агнесс не подумала, что я чем-то недоволен. Нельзя оставлять за спиной обиженных женщин, это может быть чревато.

— Я бесконечно благодарен вам за столь щедрое предложение, и только крайне важные для меня и моей страны дела не позволяют проявить наглость и воспользоваться им. Но, как я уже говорил, мне необходимо откланяться, а Эмили уже отдохнуть по-человечески. Буду рад встретить вас при дворе моего царственного собрата короля Генриха, — я выпрямился и на этот раз отвесил более глубокий поклон. — Баронесса, мадам, целую ваши ручки.

Сплавив Эмили ее тетке, я быстрым шагом вышел на улицу, где меня ждал мой отряд.

— Зря отказался. Тетка та-а-к на тебя смотрела. Это не простушка Эмили, она бы смогла тебя удивить, я просто чувствую это, — Эва злорадно захохотала, а же только поморщился как от зубной боли.

— Почему мне иногда кажется, что ты мужик переодетый? Правильно я с тобой дел никаких постельных не имел. Чтобы не сдохнуть естественной смертью от разрыва сердца. И вообще, почему ты так на сексе зациклена?

— На чем?

— На постельной любви, — я задумался. Как же часто у меня прорываются словечки майора. И ведь я даже не задумываюсь над тем, что говорю. Надо быть поаккуратнее и тщательнее фильтровать свою речь.

— Она увеличивает твой магический потенциал и стабилизирует каналы. Была бы моя воля, я бы тебя на недельку в каком-нибудь борделе заперла с несколькими красотками.

— Извращенка, — я вскочил на коня, и в который раз подъехал к телеге. — Так, а теперь веди нас, Сусанин, к посольству, — приказал я Конору.

— Кто? — парень беспомощно посмотрел на Бакфорда, но тот только пожал плечами и взялся за вожжи.

— Был такой герой древности. Очень-очень древней древности. И если ты не пошевелишься, то кончишь как он, и поверь, тебе это не понравится.