Глава I
Воскресный хор
Что может быть прекраснее и слаще свежей утренней росы, так бережно кем-то разбрызганной по ещё не до конца пробудившейся ото сна луговой траве?
Что может быть прекраснее, чем неспешно поднимающееся из-за горизонта ещё совсем сонное Солнце, дарующее жизнь всему, к чему оно прикоснётся своими бархатными тёплыми лучами?
Казалось, что это утро будет совсем таким же, каким его привыкли видеть на протяжении долгих лет жители небольшого городка на самой окраине Лондонской длины, но первые новости не заставили себя долго ждать и хлынули на улицы только просыпающегося города в виде выкриков разносчиков свежих утренних газет."В город пребывает великая художница! Картины по пол фунта для каждого!Торопитесь!" - таковы были первые изречения, которые, впрочем, не смоги потревожить глубокий сон жителей Уолк стрит."Всего на два дня, предложение ограничено!" - доносилось в сквере на Валтон стрит и во двориках Стрендж авеню, где в столь ранний час работала лишь небольшая семейная пекарня, которая, со слов местных жителе, выпекала самые пышные и вкусные пирожки во всей округе и давала фору многим столичным заведениям схожего типа. На улицах городка в столь ранний час сновали лишь любители утренних занятий спортом и работники окрестных фабрик, спешившие уехать первым омнибусным рейсом на производство. Люди трудились даже по выходным.
В те же минуты на горизонте, поодаль небольших пригородных домиков, показалась тёмная фигура,укутанная в лёгкую туманную дымку. Она шагала уверенно, и под рукой у неё находилось что-то схожее на небольшой докторский саквояж.
Та самая художница, весть о которой, словно бумеранг, уже облетела всю округу , даже не догадывалась, что о её визите в город знает практически каждый, кто бодрствовал в тот час рассвета. Ох ух эти пареньки - газетчики, словно пульки небольшого калибра уже успели отрикошетить ото всех углов старинных улиц и возвестить горожан о столь необычной гостье.
На ступеньках воскресной церкви в шеренгу уже выстроился хор детей-клир, воспевающих похвальбы всевышнему и приглашающих каждого желающего на богослужение в десять часов. По левую руку наслаждался их песнопениями наставник-священник: на вид ему около сорока лет,слегка лысоват, утянутый в талии и с доброжелательной улыбкой, по крайней мере, хотелось думать, что она действительно доброжелательная, данный господин был всегда себе на уме, но, справедливости ради, очень любил своих детей. Его тело было обёрнуто в чёрную рясу в пол, подле шеи виднелась блестяще белая колоратка.
В то утро ни дети ни он сам ещё не догадывались, что священник больше ничего не скажет...
Глава II
Площадь славы
Уже в начале девяти жизнь в городе била ключом. По улицам сновали малые и великие, хромые и убогие, все, кому по тем или иным обстоятельствам было просто необходимо оказаться на улице.
Тем не менее до нашей внезапно появившейся гостьи не было ровным счётом никакого внимания. Она осторожно проскользнула по Тауэр стрит, миновала лавку торговца овощами на перекрёстке Корнэдж и Фолк стрит, и спустя считанные мгновения вместе со своим верным другом саквояжем очутилась на центральной площади города.
Сию же минуту из сумки выскочил аккуратный раскладной стульчик, вслед за ним на свет показался масонит и несколько скреплённых между карандашей разного диаметра, стопка бумаги подстать масониту. Да, старина саквояж оказался гораздо вместительнее, чем казался на первый взгляд. Мастер с нетерпением ждала своего первого натурщика.
Первым клиентом оказался полисмен, снующий в зад и вперёд по диаметру всей площади. Но ему не было ровным счётом никакого дела до искусства. Он остановился в тени подле художницы,и, поправив шлем, представился:
- Инспектор Эванз. Госпожа, позвольте узнать, что в столь ранее время делает на площади сидящая в полном одиночестве загадочная женщина?
Инспектор был небольшого роста, примерно в семь фунтов, имел довольно стройное телосложение, на лице проступала небольшая щетина. На вид в возрасте около тридцати пяти лет.
- Прошу вас, - промолвил мастер, - присаживайтесь. Уверяю, я не возьму с вас ни фунта, ведь обкрадывать своего первого клиента есть настоящее преступление среди бело дня! Тем более, столь обаятельного гражданина, как вы.
Слуга закона аккуратно присел на бетонное обрамление центрального фонтана, и лишь тогда их взгляды пересеклись. Глаза немного привыкли, и мир вокруг начал прояснятся, только тогда полицейский смог детальнее узреть облик художницы.
Её обнимала как будто бы свежесотканная серого оттенка шаль, под ней же, в свою очередь, устроилась идеально белая, буквально святящаяся рубашка с небольшим нагрудным карманчиком, ноги были облачены в светло-серую юбку на пол фунта ниже колена, а на ногах красовались аккуратные женские бежевые сапожки. Лик её походил на ангельский - идеальные формы лица в купе с аккуратно уложенными тёмно-русыми волосами делали из неё настоящую икону красоты. На лице отсутствовали намёки даже на малейшие дефекты - ничего лишнего.
