Увидев чертежи, Рутгер понял: это оно. Небывалый корабль был лишен не только мачт, но и верхней палубы. Он походил на блокгауз, притопленный по двускатную крышу. Мощный дубовый костяк нес на себе шестидюймовую броню. Из пушечных портов выглядывали жерла десятидюймовых орудий – по три на каждый борт, одно в носу и еще одно в корме. Ни громоздкого и сложного рангоута, ни такелажа – геометрическое совершенство бронированного монстра нарушали лишь две поставленные параллельно дымовые трубы да незначительная нашлепка боевой рубки. Потребный экипаж удивлял малочисленностью. Монстр был широк, как плот или паром; две мощные машины могли сообщить ему в лучшем случае двенадцатиузловую скорость. Зато осадка оказалась на удивление небольшой, что вполне устраивало Рутгера. Плавучий форт, способный действовать на мелководье, и вместе с тем относительно мореходный! Настоящая находка!
Где его строить – вот вопрос. Ни Англия, ни Голландия для этого не годились – постройку столь необычного корабля ни за что не удалось бы сохранить в тайне. В других странах Европы промышленника, взявшегося построить для пиратов хоть ялик, повесили бы высоко и коротко. Заказать через третьи руки материалы и вооружение – еще туда-сюда. Но не больше. Оставалась лишь Исландия, лишенная крупных верфей. С верфи и пришлось начать.
Броневые листы и особенно пушки стоили безумных денег. Текущая добыча не покрывала издержек. Гвинейское золото стремительно таяло. Рутгер мобилизовал весь наличный капитал и впервые в жизни задумался о займе.
Прошло полтора года. Вызывающий всеобщее удивление корпус небывалого судна был спущен на воду, достроен и вооружен английскими пушками. Рутгер дал чудовищу имя Фенрир – в честь гигантского волка, способного проглотить самого Одина.
В прошлом году «Фенрир» вышел в первое плавание. Оно было пробным; Рутгер хотел выявить недостатки бронированного титана. Близ острова Ян-Майен «Фенрир» выдержал жестокий шторм, дал течь, нахлебался воды, но не затонул.
Всю осень и зиму пришлось потратить на ремонт и устранение дефектов. Хэмфри Парсонс выходил из себя, ругая на все корки тупоголовых помощников. Дело сильно осложнялось отсутствием подходящего дока. Рутгер начинал нервничать: шло время, а «Фенрир» пока не принес ни медяка прибыли. Конкуренты посмеивались.
В марте работы были завершены, и «Фенрир» провел пробные стрельбы. Рутгер присутствовал и оглох на целый день, но был доволен. Сезон зимних бурь в Атлантике подходил к концу, приближалось горячее время охоты на морских путях.
В начале апреля Рутгеру передали предложение о встрече с уполномоченным фирмы «Соммерсет и Стаббингтон». Официально фирма занималась промыслом китов и тюленей и имела отделение в Рейкьявике.
Такое предложение всегда означало одно: имеется крупный заказ.
Встреча состоялась в капитанской каюте на «Молоте Тора». Британец недолго ходил вокруг да около. Предложение сильно озадачило Рутгера. Предстояло атаковать не одинокого купца, не караван, а ни много ни мало вступить в бой с двумя русскими военными кораблями.
– Корвет «Победослав», – без ошибки выговорил англичанин трудное русское название. – Две восьмидюймовки, десять четырехдюймовок. Бортовая и палубная броня. Теоретически четырнадцать узлов, но на деле будет меньше, об этом позаботятся. С ним пойдет канонерская лодка «Чухонец». Ветхая галоша, но с одиннадцатидюймовой пушкой. Орудие старое, расстрелянное, дальность стрельбы не превышает пятидесяти кабельтовых. Гребные колеса. Не бронирован. Скорость десять узлов.
Не дослушав, Рутгер сплюнул в стену через голову англичанина.
– Предполагается, что я идиот? Может, твои хозяева знают, как надо нападать на такие корабли?
– Точно так же, как волки нападают на лося, имея загонщиков и засаду, – углами тонкогубого рта улыбнулся британец. – Или, скажем, как охотники гонят волков на номера. Процесс может затянуться, но результат известен заранее.
Рутгер задумался. Сын Альбиона говорил дело. Понятно, почему он обратился по этому адресу, – учел боевую мощь «Фенрира»! Если выгнать добычу прямо на него… Но и загонщики должны быть многочисленны. Своих сил, похоже, не хватит, но если вступить в долю с Бьярни Неугомонным…
– Допустим… Моя выгода?
– Во-первых, наследник российского престола. За него русские заплатят колоссальный выкуп…
– Его еще живьем надо взять, наследника, – невежливо, но резонно перебил Рутгер. – Ладно, дальше что?
– Во-вторых, все имущество, которое ваши люди захватят у русских, включая сюда и сами корабли…
– Это и так ясно. Дальше.
– В-третьих, мне поручено предложить вам известную денежную сумму…
Сумма произвела на Рутгера впечатление. Пятьдесят процентов англичанин обещал сразу, остальное – по выполнении заказа. Да за такие деньги можно было ввязаться и в более рискованное предприятие! Малой доли аванса уже хватило бы, чтобы оплатить командам всех судов Рутгера вынужденный простой до конца мая. Доля самого Рутгера позволяла в случае успеха предприятия стать не «одним из первых» королей открытого моря, а просто самым первым, сильнейшим среди сильных.
