— Поторопитесь! Не отставайте! — то и дело командовал он.
Скоро мы оказались в музыкальной комнате, где увидели знаменитые фрески и нотные книги, богато украшенные золотом.
Вес таких нотных книг был равен весу взрослого человека. Две женщины с рыжими волосами благоговейно застыли перед всей этой красотой и стали перешептываться между собой.
— Тихо! — резко сказал им сопровождавший нас церковный староста. — Даже если вам не интересно то, что я рассказываю, не мешайте другим и позвольте им послушать.
Следующим местом в монастыре, которое мы посетили, была комната, где хранились драгоценности Святой Богородицы: здесь мы увидели и восхитительные бриллианты, рубины, жемчуг, золото и серебро. В 1960 году францисканские монахи из Севильи передали монастырю в дар один очень любопытный экспонат. Это было кресло, богато украшенное серебром, которое Святая Богородица брала с собой, отправляясь на прогулку. Может быть, это цинично с моей стороны, но я бы лучше перечислила соответствующую сумму денег больнице.
Наша экскурсия стала подходить к концу. В завершение мы должны были сами подойти и поклониться Святой Богородице, но, естественно, в сопровождении гида. Нам пришлось стоять внизу на лестнице и ждать человека, ответственного за эту часть осмотра монастыря. Им оказался монах нищенствующего ордена. Он провел нас наверх и разрешил подойти к фигурке Святой Девы совсем близко, так что можно было даже поцеловать краешек ее накидки.
Этот монах был невысоким полным мужчиной в подпоясанном длинном коричневом одеянии и в маленьких очках на носу. Он возглавлял нашу процессию, а мы строго следовали за ним. Все громко шептались и были сильно возбуждены в ожидании встречи с предметом своего поклонения. И вот мы оказались в той самой комнате. Фигурка Святой Девы была установлена на вращающейся платформе в углублении стены. Она поворачивалась лицом то к стене, то к посетителям, то к церкви. В тот момент, когда мы оказались в комнате, она находилась лицом к украшенной декоративной панели. Монах величественно встал перед фигуркой Черной Девы. В комнате набилось очень много народу. Пока все паломники, толкаясь, заходили внутрь, остальные были вынуждены ждать, хотя сдержать нетерпение было очень трудно. В итоге кто-то даже не выдержал и проговорил:
— Пожалуйста, прошу вас, покажите ее нам!
Монах тут же повернул ручку, и Святая Дева начала вращаться. Все замолчали, внимательно следя за каждым ее движением. Когда же лик Святой Девы обратился к посетителям, все открыли рты от изумления, задрожали и стали неустанно креститься. Женщины затрепетали от волнения. Их груди начали вздыматься от глубоких вздохов, которые послышались в тишине.
—
Эту фразу произносил каждый, кто приближался к Святой Деве, желая поцеловать в безумном порыве ее мантию. Я же не особо разделяла восторг окружавших меня людей. Святая Дева была всего-навсего простой черной куклой (но ее наряд впечатлял). Когда толпа, словно в лихорадке, ринулась к фигурке святой, я заволновалась и даже запаниковала. Меня толкали, пихали, и все для того, чтобы увидеть эту древнюю Черную Деву. Подошла и моя очередь — приблизившись, я поцеловала потрепанную одежду, замусоленную миллионами самых разных губ. Мне вдруг стало неприятно и очень захотелось поскорее убраться отсюда. Я стала пробиваться сквозь всю эту жуткую толпу и, наконец, оказалась на лестнице, где было прохладно и тихо. Совсем скоро я очутилась на улице.
Вечером, по дороге на ужин, я услышала грегорианское пение, доносившееся из столовой монастыря.
Это меня несколько успокоило после не совсем приятной экскурсии. Я остановилась в гостинице при монастыре под названием «Оспедерия дель Реаль Монастерьо». Мое пребывание в ней обошлось мне чуть дороже по сравнению с той мерзкой гостиницей, в которой я ночевала в прошлый раз. Здесь в прелестном сводчатом внутреннем дворе стояли столики с аперитивом. Конечно, подумала я, тут никто не сможет помешать моему сну. За ужином, который состоял из свинины и цыпленка с горошком, я стала размышлять обо всем, что случилось со мной в этот странный день.
