«Круизёр», заправленный самым вкусным бензином за всю свою жизнь, тихонько урча от полного удовольствия, весело мчался на юг по скоростной магистрали. Внутри «круизёра» находились трое. Вальд Писаржевский занимал место водителя, рядом с ним, посапывая в тревожной полудреме, забылся Сид Кампоамор, а сзади с куском веревки на ноге маялся страус Ники, не сознавая, что именно он является причиной броска по земной поверхности.
Как переменчива жизнь, думал Вальд. Еще вчера… нет, не так; еще неделю… еще две недели назад он важно восседал за своим унылым столом… занимался какими-то унылыми производственными вопросами… То ли дело сейчас: солнце, шоссе, славный ветерок… Душа поет! А мимо проносятся:
стада бизонов в травянистых предгорьях;
заросли юкки; виноградники (полностью вырубленные во времена «сухого закона», но терпеливо восстанавливаемые вот уже двадцать лет); плантации хлопка и острого красного перца;
пологие склоны; крутые, ребристые, палевые склоны; утесы, громоздящиеся гигантскими складками, и плоские каменные плато;
поперечные ручьи и речушки;
одинокий индеец на лошади, с винчестером за плечами, замерший неподвижно на вершине холма;
маленькие пуэблос – два десятка домишек, выкрашенных под необожженный кирпич;
поезда по железной дороге, там и сям выныривающей посреди холмов;
а внутри шоссе, за бетонным забором, с удвоенной скоростью мчал мимо поток встречного транспорта,
становящийся, однако, все жиже и жиже. Притом пейзаж вокруг тоже понемножку переставал радовать глаз. Все чаще горы отступали от шоссе, а живописные объекты сменялись охристой пустошью, все разнообразие которой составлял редкий, сухой низкорослый кустарник. Через часок-другой такого путешествия Вальд съехал на обочину и тормознул возле какой-то невзрачной таблички, намереваясь справить естественную надобность. Табличка гласила: «Не сходите с дороги. Змеи». Вальд почесал репу и решил терпеть до бензоколонки.
Настроение у него начало было портиться; впервые за время своего путешествия он подумал, что стол в кабинете, может, не так уж и плох. Но в это время пейзаж опять слегка ожил, а главное – подвернулась бензоколонка; после ее посещения Вальд вновь повеселел. Он включил приемник и настроил его на бодрую музыку. Мимо окон пронеслась целая куча домишек; стало совсем хорошо. Сид наконец проснулся.
– Где мы? – спросил он, протирая глаза.
– Проехали Лемитар и Лимитар, – с готовностью отозвался Вальд, – а еще город Сокорро, 9 тысяч человек населения.
– Как же, – заметил Сид, – знаю эти места! Именно здесь в 1598 году останавливался дон Хуан де Оньяте во время своего знаменитого путешествия.
– На воздушном шаре?
– Не подкалывай меня; в том году воздушных шаров еще не было. Теперь я понимаю, почему они отклонились к востоку от реки – глянь, какой рельеф. Да… с высоты птичьего полета все это выглядит совсем по-другому.
– Верю.
– А еще дальше к востоку здесь какой-то режимный объект, – сообщил Сид, – чертова уйма спутниковых антенн, метров по тридцать каждая. Что характерно, именно среди них разбился космический корабль инопланетян; жаль, не помню, когда именно. Интересно бы посмотреть, каковы они снизу…
– Предлагаешь заехать?
– Это не получится, – вздохнул Сид и неприязненно покосился на страуса. – Не успеем обратно к восьми.
Какое-то время ехали молча.
– Хотя мы и так не успеем, – неожиданно сказал Сид. – Дай-ка мне карту… Ну, так я и знал.
– Что? – встревожился Вальд.
– Прямой дороги в Мексику нету; нам придется проехать через штат Техас.
– Ну и что?
– Как тебе сказать, – со значением произнес Сид. – Техас, это тебе не хухры-мухры.
Вальд призадумался.
– Вальдемар, – ласковым голосом сказал Сид, разглядывая карту, – смотри-ка: в Нью-Мексико есть город под названием Страус.
– Ну и что?
– Да ничего… Я так, просто. Вдруг там тоже страусы живут.
Вальд погрузился в мрачное молчание.
– Вальдемар! – позвал Сид сладким голосом. – А Вальдемар!
– Ась?
– А зачем тебе отвозить страуса в Мексику?
– Я тебе объяснял; ты забыл?
– Я все помню. Мы спасли его от эвакуационной команды, верно?
– Ну.
– Но почему так далеко, в Мексику? Почему бы не выпустить его прямо здесь?.. смотри, какой пейзаж соответствующий. Эх, страусу раздолье!
– Нужно вернуть его в зоопарк.
– А давай купим зоопарку другого страуса.
– Не нуди, – буркнул Вальд.
Сид надулся и промолчал не менее получаса. Пейзаж за окном конвульсивно подергался и опять сдох.
– Скажи, – спросил Сид наконец, – как ты рассчитываешь доставить страуса назад в Москву?
– Никак не рассчитываю; хотел вот тебя попросить.
– На каком основании? – удивился Сид.
– По дружбе.
