Хавьер редко сюда заглядывал. Этот зал напоминал ему о непреодолимой скуке, которую он терпел, когда очередной гувернер, указывая на портреты предков Хавьера, отчитывал своего нерадивого ученика за то, что он позорит их память.
Теперь-то Хавьер знал, какими «добродетельными» были его достопочтенные предки.
А, вот и Луиза. Она шла по коридору, стройная, элегантная, в платье цвета весенней листвы. На ее пальце красовалось его кольцо. Мисс Оливер выглядела восхитительно. Так, что дух захватывало.
«Успокойся, – приказал себе Хавьер. – Ты ведь не на свидание с любимой пришел». Действительно, цель их с Луизой встречи была отнюдь не сентиментального свойства. Они пришли сюда для того, чтобы нейтрализовать Локвуда.
Вначале они услышали гулкие шаги на лестнице, а потом увидели и самого маркиза, неслышно ступавшего по ковру.
– А, это ты, кузен. – Голос Локвуда звучал зловеще и вкрадчиво. – Я, кажется, пришел раньше, чем надо? Помешал вашему рандеву? Ради этого стоило подняться с постели раньше полудня, надо признаться.
Жуткая гримаса Локвуда только отдаленно напоминала улыбку. Казалось, ему стоит огромных усилий вот так растягивать рот.
Хавьеру не было жалко своего родственника, хотя с учетом того, что должно сейчас произойти, можно было бы и посочувствовать маркизу.
– Локвуд, я знаю, что ты любишь обо всем узнавать в числе первых, но при твоем режиме сна и бодрствования сегодня тебе не повезло.
– Ты считаешь, я должна ему сказать, любовь моя? – Луиза подняла глаза на графа. Пожалуй, это простодушно-наивное выражение он видел на ее лице впервые.
– Если ты этого хочешь, голубка. – Хавьер умильно улыбнулся ей.
Локвуд в раздраженном нетерпении переминался с ноги на ногу.
– Вижу, я был прав, – сказал он хрипло. – Между вами что-то есть. Как же мне удержаться и не рассказать об этом всем прочим?
– О чем рассказать? – одновременно спросили Хавьер и Луиза, повернув головы к Локвуду, и в недоумении моргнули. Оба играли отменно.
– О том, что мы собираемся пожениться? – наморщив лоб, спросил граф. – Мы объявили об этом за завтраком. Реакция дам была особенно бурной. Удивительно, как тебя не разбудил шум.
И это было правдой. Хотя для того, чтобы поднять гостей ранним утром, пришлось применить все способы убеждения, включая личное обаяние и подкуп свежеиспеченными булочками. Но дело того стоило, если судить по реакции на новость о помолвке. Бо́льшая часть гостей была искренне за них рада, а что до тех, в чьих поздравлениях чувствовалось скорее удивление, чем радость, так это вполне ожидаемо. В искренней радости Джейн сомнений не было. Она восприняла новость с восторгом.
Локвуд не сразу переварил услышанное.
– Хавьер…
Ага, этот злобный елейный голос остался прежним. Очевидно, Локвуд намерен нагнать на графа страху.
– Я ведь говорил тебе, что произойдет, если ты сделаешь предложение мисс Оливер.
Хавьер мигом сбросил маску потерявшего от счастья голову сентиментального простака.
– Говорил. Но я не сказал тебе, что произойдет, если ты будешь угрожать мне или моей будущей жене. – Хавьер окинул Локвуда взглядом, полным ледяного презрения. – Мисс Оливер – моя невеста. Любые посягательства на ее честь и достоинство я приравниваю к посягательствам на мою честь и достоинство с соответствующими последствиями. – Хавьер сделал паузу, чтобы маркиз уяснил смысл его слов. – Я мог бы добавить, Локвуд, – продолжил он, – что тот, кто угрожает женщине благородных кровей, которая является нареченной его родственника, считается обесчещенным. Таким образом, отвечать тебе придется не только передо мной, но и перед всем обществом.
Локвуд оправился быстро.
– Одно слово в нужные уши, и я все еще могу…
– Да прекратите же, Локвуд, – сказала Луиза. – Мы – лорд Хавьер и я – устали от ваших угроз. Похоже, вы возомнили, что у вас есть на нас черное досье, включающее две позиции.
– Три, моя голубка, – поправил ее граф, вернувшись к роли влюбленного простака.
Локвуд, даже прекрасно понимая, что Хавьер играет, злился. И граф не мог не уступить желанию немного поиграть на нервах того, кто принес ему так много бед.
Луиза с трудом удержалась, чтобы не рассмеяться.
– Булочка, – умильно глядя ей в глаза, произнес Хавьер.
– Да, милый, ты прав, в том досье не две, а три позиции, – согласилась она. – Во-первых, твой кузен думает, что он в состоянии меня запугать. Вернее сказать, думал. Надеюсь, тебе удалось его в этом разубедить. – Луиза нежно улыбнулась нареченному. – Во-вторых, он полагает, что в той книге, которую нам удалось расшифровать, содержится намек на то, что ты не приходишься сыном предыдущему графу.
– То есть я отчасти ублюдок? Временами я действительно им бываю, – чистосердечно признался Хавьер.
Луиза тайком наступила ему на ногу.
– В-третьих, он верит, что ты боишься за свою репутацию.
– Он все еще здесь, – напомнил о себе Локвуд. – И вы правы. Я все еще могу тебе навредить, Хавьер.
Граф больше не корчил из себя дурака. Смерив маркиза взглядом, он вдруг заметил, что тот надел шейный платок цвета лаванды. Что тут сказать?
