– Да, буду, – проворчал Хавьер. Раз я сказал, так тому и быть. Я это сделаю. Слово джентльмена нерушимо.
Луиза повернула голову, улыбкой приветствуя Джейн, которая как раз вошла в дом в сопровождении Киркпатрика, после чего вновь посмотрела на Хавьера.
– Так говорят.
И все. Ни слова больше. Никакой похвалы ему за то, что он решил пойти в церковь. И ни слова в подтверждение того, что она считает его истинным джентльменом, Хавьер от нее не дождался.
Раздраженный, он пошел прочь, бросив на прощание:
– Увидимся в гостиной.
Хорошо, что он так плотно вжился в роль лорда Хавьера. На протяжении последующих десяти минут двусмысленные шутки и язвительные замечания сыпались из него непрерывно. Если смех миссис Протероу был тому показателем, его остроумие осталось на прежнем, непревзойденном уровне. И если неодобрительные взгляды леди Ирвинг шли в зачет, то дурной славы у него нисколько не поубавилось. И если молчание Луизы что-то значило…
Она сожалела о том, что поцеловала Хавьера. Выбросив ягоду омелы, мисс Оливер уязвила его гордость. И сейчас граф считал своим долгом продемонстрировать ей, что для него все случившееся такой же пустяк, как и для нее.
– Вы все проявили чудеса трудолюбия, – провозгласил Хавьер, кивнув на груду рождественской зелени, которую слуги успели перенести в гостиную.
Локвуд встретил его слова свистом.
– Хватит болтать, пора считать ягоды!
Его предложение было встречено радостными криками, и Хавьер поднял руки.
– Уиллинг уже обо всем позаботился. Внимание, дамы и господа, плуты и канальи!
– Канальи? – заинтригованно переспросила Джейн. – Это ты обо мне?
Хавьер сделал вид, что ее не слышит. В гостиной царила непринужденная праздничная атмосфера, все пребывали в приподнятом настроении, словно успели отведать пунша для поднятия духа.
Радостное ожидание повисло в воздухе.
Хавьер развернул листок, переданный дворецким. Держа его в вытянутой руке, он окинул взглядом список гостей с проставленными возле каждой фамилии цифрами.
На последнем месте, – сказал Хавьер, и в комнате сразу воцарилась тишина, – лорд Везервакс и леди Ирвинг, добыча которых составляет три розы, извлеченные из вазы в углу.
Леди Ирвинг ухмыльнулась.
– Радуйтесь и этому, молодой человек. Лично мне больше нравится потягивать херес в тепле, чем мерзнуть на ветру. Вы согласны, Везервакс?
– Со всем, кроме хереса, – икнув, произнес заплетающимся языком Везервакс и тут же опрокинул в рот рюмочку с чем-то наверняка покрепче хереса, судя по тому, как его всего передернуло после того, как содержимое рюмки перетекло из горла в желудок.
Хавьер сдержанно улыбнулся.
– Прекрасно. Позвольте огласить результаты следующей с конца пары. Мисс Брэдли и мистер Чаннинг принесли шестнадцать дюймов вечнозеленого плюща.
Юная леди Брэдли захихикала, прикрыв рот, а чопорный мистер Чаннинг ослабил тугой узел шейного платка и деликатно покашлял.
– Хм, – многозначительно произнесла леди Ирвинг, озвучив именно то, о чем все и подумали.
– Леди Одрина Брэдли и ее мать, леди Аллингем, добыли пять веток остролиста с…
Казалось, это продолжалось бесконечно: имена, цифры. И вот, наконец, приблизилась развязка. В списке осталось совсем немного имен.
Какое же выражение подойдет лучше всего? Первое, или третье, или второе. Неважно. Главное, прикрыться маской. Любой!
– На третьем месте, – зачитал Хавьер, – лорд Локвуд и синьора Фриттарелли. Общее число ягод с собранных ими остролиста и омелы составляет сто сорок две штуки.
Синьора флегматично кивнула, выпустив кольцо дыма в сторону Локвуда. Маркиз попытался сделать вид, что благодарен своей напарнице.
– На втором месте я, – Хавьер тоже попытался изобразить благодарность, – и мисс Оливер с единственным кустом омелы, на котором оказалось сто шестьдесят ягод.
«Сто шестьдесят одна».
Он нашел глазами Луизу, глядя поверх листа, и они встретились взглядами. Она едва заметно пожала плечами и улыбнулась немного грустно.
– Тогда я выиграла! – взвизгнула Джейн. – Киркпатрик, мы победили! – Джейн вскочила и схватила барона за руки. Тот стоял, растерянно озираясь, никак не разделяя бурной радости своей напарницы.
– Сто шестьдесят одна ягода – результат победителей, – объявил Хавьер, даже не пытаясь перекричать ликующую Джейн.
Он смотрел в подернутые дымкой глаза Луизы.
Если бы она не выбросила ту ягоду, им с Джейн предстояло бы тянуть жребий.
– Из этого следует, – подал голос Локвуд, – что лорд Хавьер не вышел победителем. Я правильно понял? – Маркиз нарочито лениво поднялся, отряхнул сюртук и обвел взглядом присутствующих.
На лице Хавьера застыло выражение номер три: снисходительный интерес. Он сложил полученный от Уиллинга листок и сунул его в карман сюртука.
– Именно так. Мисс Тиндалл и лорд Киркпатрик заслужили поздравления.
Джейн кричала, захлебываясь от восторга:
– Сто шестьдесят один поцелуй! Киркпатрик, только подумайте!
