— Привет… — Он нервно почесал голову. — Я хотел извиниться за тот вечер, я... я был не в себе. Прости меня, пожалуйста. В действительности я не думал так, как тебе сказал, просто злился на весь мир.
Я знала — что-то произошло. Моё сердце словно улыбалось от понимания — по крайней мере, в отношении соседа я никогда не ошибалась.
— Что с тобой случилось, Филиппо... ты хочешь мне рассказать?
Он улыбнулся.
— Я чувствую себя лучше, но уверяю, что всё ещё не готов об этом говорить.
— Согласна. Когда захочешь, ты знаешь, что я здесь.
Он кивнул с выражением благодарности на прекрасном лице.
— Я бы хотел загладить свою вину, если позволишь.
Заинтригованная, я приподняла бровь.
— Каким образом?
— Сегодня вечером приглашаю тебя на ужин ко мне домой. Готовлю я, проведём немного времени вместе и поболтаем. Думаю, мы оба в этом нуждаемся.
Только небеса знали, насколько он прав. Я вздохнула, затем вызывающе на него уставилась, чтобы драматизировать и дать понять, что, в конце концов, я уже простила.
— Накопилось много, за что нужно тебя простить, а не только за те слова, которые мне сказал. Ты заставил меня волноваться... ты исчез.
— Я обещаю, что заслужу прощение, — Филиппо так чувственно мне подмигнул, чего я от него совсем не ожидала. Это ощутилось ударом в живот. Как он умудрялся вызывать внутри меня такие бури одним жестом или улыбкой?
Правда заключалась в том, что мне очень нравился этот мужчина, но, к сожалению, он был не моего поля ягода, чёрт его побери...
Сексуальные вкусы Филиппо были далеки от моих — или, скорее, они были слишком близки — и поэтому между нами никогда ничего не случится.
Я думала о том, насколько жестокой временами могла быть жизнь. Но, по крайней мере, он тот человек, кому я могла доверять и кто всегда присутствовал в моей жизни. То, что нас связывало, было чем-то вроде нити, удерживающей близко две родственные души.
И мне это очень нравилось.
— Хорошо, согласна, — ответила я с тёплой улыбкой. — Приму душ и я у тебя.
— Замечательно, тогда жду. Увидимся позже, Сара, и спасибо.
На прощание Филиппо махнул мне рукой и ушёл в свою квартиру.
Я закрыла дверь и, наконец, пошла в ванную, чтобы освежиться. Я полностью разделась и открыла в душе воду. В ожидании, когда вода станет тёплой, вернулась в комнату, чтобы выбрать одежду для ужина.
Вечер был тёплый, и я не хотела одевать слишком много одежды. Вытащила белые кружевные трусики и короткое льняное платье бирюзового цвета на тонких лямках. Когда его одевала, я всегда ощущала себя свежей и свободной. Взяла подходящий бюстгальтер и долго на него смотрела, но в итоге положила обратно в ящик. Небрежно пожала плечами, Филиппо, пожалуй, не заметит отсутствия этой части нижнего белья. И даже если заметит, то для него, скорее всего, не будет иметь значение.
В этом заключалась положительная сторона наличия гомосексуального друга — я чувствовала себя рядом с ним свободно, и могла быть самой собой, не боясь угодить в недоразумение.
Довольная сделанным выбором я встала под душ. Закончив с приготовлениями, я надела пару лёгких шлёпанцев, взяла ключи и телефон. Вышла из квартиры и направилась к соседу.
Позвонила в звонок и через несколько секунд Филиппо открыл для меня дверь.
Я заметила, что он тоже переоделся, а его волосы были влажными.
— Входи.
Сосед встал в стороне, пропуская меня.
Краем глаза посмотрела на него: одет в футболку с короткими рукавами со странным, очень красочным рисунком на груди и лёгкие светло-голубые спортивные штаны, которые дерзко подчёркивали его фигуру.
Филиппо закрыл дверь и прошёл мимо меня, направляясь к кухонному острову.
Я не могла не заметить, что он ходил босиком.
— Если от этого почувствуешь себя более комфортно, ты тоже можешь снять обувь, не стесняйся, — предложил он мне. Вероятно, сосед заметил, как мои глаза остановились на его босых ступнях. Мужчина взял уже открытую бутылку красного вина и налил немного в два больших и круглых бокала.
— Дома я всегда хожу босиком; так чувствую себя свободнее.
Я улыбнулась, размышляя о том, насколько мы похожи и оставила свои шлёпанцы у двери. Потом присоединилась к нему, присев на один из высоких барных стульев, окружавших белую столешницу.
— Спасибо тебе, — тепло ему улыбнулась, благодарная за то, что он создавал для меня комфортную обстановку.
— Возьми, — он протянул мне бокал и поднял свой.
Я подняла его, и мы чокнулись хрусталём, сама не понимая по какому поводу. Я сделала глоток вина. Оно было насыщенным, мягким, с богатым вкусовым букетом, ароматом и оттенками красных фруктов.
— Действительно, вкусное, что за вино?
— Мерло. Хорошее, не так ли?
— Да, очень. — Я вытянула шею, пытаясь понять, что меня ждёт на ужин. — Интересно посмотреть, что ты приготовил к такому вину.
— Что я буду готовить, скажешь ты. — Филиппо поставил свой бокал на столешницу, затем повернулся и вытащил из бокового шкафчика две салфетки в деревенском стиле, из ткани, похожей на холщовую.
— Ты не возражаешь, если мы пообедаем здесь, а не за обеденным столом?
