И когда я уже заволновалась, не пострадал ли он, Уилл громко расхохотался.
– Что вы сделали, парни? – спросила я.
Они сняли маски, откладывая их в сторону. Уилл подмигнул мне, наградил ослепительной улыбкой и скомандовал:
– Протяни руку.
Сердце мое упало.
Нехотя я протянула свою левую руку и увидела, как он положил что-то мягкое и красное мне на ладонь.
Когда Уилл убрал руку, мои глаза округлились.
– О боже, – охнула я, от ужаса моя кровь закипела. – Это… – Я выдохнула, пытаясь уложить в голове увиденное. – Это их?
На моей ладони лежали окровавленный зуб и большой клок длинных рыжих волос.
Я поморщилась. К горлу подступила желчь, и внезапно эти трофеи, сначала казавшиеся невесомыми, стали неподъемными.
– Мы от каждого взяли кое-что на память, – пояснил Уилл.
Кай оглянулся ко мне и сказал:
– Они больше никогда тебя не тронут.
– Они даже не посмотрят на тебя больше, – добавил Дэймон сзади.
– Разве они никому не расскажут? – Знаю, мой голос прозвучал обеспокоенно, но моя рука дрожала из-за отчаянного желания избавиться от этой гадости.
– Кому им рассказывать? – Майкл завел машину и, ухмыльнувшись, посмотрел на меня в зеркало заднего вида. – Мой отец – партнер Андерсона по трем сделкам с недвижимостью.
Я замерла, когда до меня наконец дошло.
Может, закону и не удалось меня защитить, вот только это работало в обоих направлениях. Кому теперь пожалуются Майлз и Астрид, чтобы добиться правосудия?
Я улыбнулась.
– «Спасибо» было бы сейчас вполне уместно, – сказал Дэймон.
– Я… – Мой взгляд снова опустился на зуб; его окровавленный корень постепенно холодел на моей ладони. – Я просто немного опешила, – ответила я, нервно хохотнув.
– Ты бы гораздо сильнее опешила, если бы проснулась голой после вечеринки с вытекающей из тебя спермой десяти разных парней, – возразил он. – Не говоря уже о том, что они хотели сделать с тобой в этом туалете.
Осознав весь кошмар описанного им сценария, я опустила глаза и опять посмотрела на зуб и на волосы.
– Да, – прошептала я, полностью соглашаясь.
Прошлой весной, когда я отключилась на той кровати, что бы случилось со мной после того, как эти двое сделали бы свое отвратительное дело? Они бы пригласили еще кого-нибудь, чтобы поиздеваться надо мной, одного за другим? Сфотографировали бы? Сняли видео? Сколько человек надругалось бы надо мной?
Стиснув зубы, я неожиданно пожелала, чтобы Майлзу и Астрид было еще больнее. Я хотела их убить. Никто не должен обладать могуществом, способным навсегда изменить твою жизнь.
Я сжала предметы в кулаке, смело посмотрев вперед.
– Спасибо.
Послышался щелчок зажигалки Дэймона, а потом, прикурив, он выдохнул дым.
– Но твоя попытка дать отпор выглядела мило.
Закатив глаза, я открыла дверцу и быстро выбросила трофеи в канаву. Напоминания об их нападении исчезли в грязи.
А что неправильного было в моей попытке? Пусть я не нанесла им значительных повреждений, зато все равно постояла за себя. Чего еще парни от меня хотели?
Я захлопнула дверцу и вытерла руку о свою черную толстовку. Кажется, мне точно придется сжечь одежду после сегодняшнего вечера.
Словно почувствовав мои сомнения, Кай вновь оглянулся и сказал:
– Когда ты хочешь произвести впечатление и думаешь, что зашла слишком далеко, зайди еще дальше. Всегда заставляй людей гадать, не тронулась ли ты слегка умом, и тогда они перестанут создавать тебе проблемы.
Я кивнула. Сомневаюсь, что смогла бы повести себя так же, как поступали парни, но я прекрасно понимала, о чем он говорит. Когда твоим врагам неизвестны пределы твоих возможностей, они не рискнут тебя провоцировать.
Майкл отъехал от тротуара и свернул на улицу Бэйлор.
– Почему вы так долго не появлялись? – наконец поинтересовалась я, вспомнив, что они выжидали дольше, чем я попросила, прежде чем пришли за мной.
– Ждали, когда его подружка последует за вами, – ответил Уилл.
– Не волнуйся, – успокоил меня Кай. – Мы бы не стали тянуть дольше. А ты отлично справилась.
Посмотрев в окно, я увидела молодых людей на тротуаре у кинотеатра. Они смеялись и дурачились. На уличных фонарях висели хэллоунские украшения – привидения из струящейся белой ткани покачивались на ветру. С деревьев опадала оранжевая листва, и я ощущала запах приближающегося дождя.
– Давайте уже поедим, желательно подальше от места нашего последнего преступления, – пошутил Уилл. По радио звучала песня
Уилл начал зажигать на воображаемой электрогитаре, в то время как Майкл сделал новый поворот – направо на улицу Брекинридж, которая шла по периметру городской площади. Я окинула взглядом центральный парк, видом которого всегда любовалась. В маленьком пруду отражались белые огоньки гирлянд, развешанных на деревьях. А в фонарях обычные лампочки заменили на оранжевые, отчего на площади воцарилась праздничная атмосфера. Перед магазинчиками на флагштоках установили хэллоуинские флажки, светильники Джека и другие декорации.
– Эй, тормози! – закричал Уилл. – Остановись!
