Исповедь полностью

Ожидаю таких ответов от многих, пожалуй, от большинства искренних пастырей, но не в этом еще их беда, и не в этом — горе паствы. Если такое признание исходит от тебя с духом самоукорения, если с сокрушенным сердцем сказал ты такие слова, то это еще полбеды (Мк. 9, 24). Ужасно другое; ужасно, если с горделивым пренебрежением и насмешкой над человеческим покаянием, над душою ближнего, скажешь ты такие слова; если же со смиренной скорбью о себе, то сердца сокрушенна и смиренна Бог не уничижит (Пс. 50, 19), ибо близ Господь сокрушенных сердцем и смиренныя духом спасет (Пс. 33, 19). Чем глубже ты проникнешься сознанием своей далекости от того духа всеобъемлющей любви и сострадания, коим должен быть исполнен Христов пастырь, чем больше ты оплакиваешь свое очерствение, тем ближе к тебе Божественная благодать, тем доступнее твоя душа для светлых озарений. Помысл будет тебе внушать глаголы уныния: “Ну где тебе, черствому, раздражительному и себялюбивому человеку принимать к сердцу чужие грехи как свои собственные, и распинаться пред Богом вместе со всяким исповедующимся среди утомления целодневного труда исповеди? Выслушай грех, да прочитай отпущение, а сверх того тебе все равно ничего не сделать”. — Ты же отвечай помыслу: “Пусть я таков на самом деле, пусть я не способен правильно отнестись к исполнению этого высокого долга пастыря, и для большинства духовных чад окажусь только формальным свидетелем их покаяния. Но все же буду делать столько, сколько смогу, т.е. сколько поможет мне Господь. И вот начну с того, что буду смиренно умолять Его о вразумлении меня и научении, о смягчении моего сердца и даровании мне духа сострадательной любви и руководственной мудрости, чтобы научать своих духовных чад, как им бороться с грехом, а сверх того заблаговременно постараюсь и внешний порядок исповеди устроить так, чтобы возможно больше времени можно было уделить каждому верующему, и самому мне понаучиться у святых Отцов руководству душою человека в ее борьбе между добром и злом”.

Если твердо установишься в таком решении, то, рано или поздно, станешь прекрасным духовным врачем верующих. Только держись такого решения и не поддавайся унынию, когда поднимающееся в душе нетерпение, раздражение и усталость начнут искушать тебя против дела Божия. Если на первое время хоть с некоторыми из многих поговоришь по душам, отечески и братски, а затем принесешь Богу искреннее покаяние в том, что не ко всем явился ты духовным отцом; то к следующей исповеди придешь уже более созревшим духовно, с более смягченной душой, с более ясною верою в благодатную силу Божию, и так будешь постепенно возрастать в мужа совершенного ты сам, а твои духовные чада в полноту возраста Христова.

Мудрено устроить исповедь лучше, чем это делается теперь в большинстве православных приходов, когда в один день приходится исповедовать по четыреста и по шестьсот человек, когда исповедь производится только в продолжение пяти или восьми дней в целом году.

“И мудрено, — подтвердят мне духовники, — и изменить этот порядок невозможно; я старался умножить число исповедных дней в первом же году своего иерейского служения, да прихожане так меня и не послушали”. Охотно верю тебе, любезный собрат: обычаи сельской жизни держатся крепко, а крестьянин связан в своем быту множеством условий хозяйственной и семейной жизни, которых он и его семья не изменят, если новый батюшка ограничится заявлением в начале говения, что желающие причащаться могут приходить на исповедь и во вторник, и в среду. — Увещевать прихожан, чтобы исповедовались не только в четыре или семь пятниц Великого поста, да в канун Благовещения, должно не за четыре дня до самой исповеди. Нет, еще с Рождества начни говорить о том, какое значение для души имеет неторопливое исповедание своих грехов и хотя бы десятиминутная, даже пятиминутная беседа с духовным отцом. Заранее поясни о том, что нет никакой необходимости исповедаться непременно накануне Причастия и причащаться непременно в субботу. По Постной Триоди прочитай, что “приудостоившиеся” причащаются и на любой Преждеосвященной Литургии, и в воскресные дни Четыредесятницы. Если в первый пост не многие воспользуются твоим пояснением, зато те, кто придет на исповедь не в пятницу, а раньше, расскажут другим, как умилительно было им раскрыть пред духовным отцом свою душу, как батюшка “точно тяжелую шубу снял с моих плеч, и научил меня, как отстать от греха”. На следующий год, или даже на следующий пост, т.е. в Петровский или к Успению, у этих христиан найдутся многие подражатели, а ты сам, получив от людей признание себя опытным и назидательным духовником, приобретешь у них полное право распоряжаться назначением исповедных дней и часов по собственному твоему усмотрению, лишь бы ты заявил о том людям заблаговременно и затем сам аккуратнее являлся бы в назначенные дни и часы для исповедания.