Что и говорить, не самый благозвучный лозунг. И неоригинальный к тому же. В подлиннике он звучит так: «Хороший красный — мертвый красный». В годы «охоты за ведьмами» им погромыхали всласть. И сейчас кто-нибудь из вечно правых, вплоть до ближайшего окружения президента, нет-нет да и пустит в оборот нечто похожее: «Лучше мертвый, чем красный». Впрочем, и маккартисты могут претендовать лишь на соавторство. Ибо впервые кровожадный клич прозвучал в годы «освоения Дикого Запада». «Хороший красный — мертвый красный» относилось к краснокожим. Два века шовинизма и два десятилетия нетерпимости отрыгнулись Америке, ее молодежь вернула ей ее собственный плевок. Она ведь тоже американское детище — американская молодежь.
Плакат с изображением президента Никсона в самой фривольной позе… Еще один плакат, снова Никсон, лицо крупным планом. Характерную мину жуликоватости, схваченную фотоаппаратом, подчеркивает подпись: «А вы купили бы у этого человека подержанный автомобиль?»
До уотергейтского скандала было еще три года. Еще через год на президентских выборах Никсон одержит грандиозную победу. А молодежь уже тогда удивлялась и вопрошала «молчаливое большинство», эту приличную публику, правда, и в самом деле не слишком приличным способом: «Послушайте, ведь вы не купили бы у этого человека даже подержанный автомобиль, почему же вы покупаете его президентство? Почему вы позволяете ему продать себе вьетнамскую войну и реакцию дома?»
Но, может быть, три года спустя перед ними извинились и сказали: «Да, вы были правы, это мы проявили преступное легкомыслие…» Ничего подобного, конечно же, не случилось.
«Любите, а не воюйте!» Или, как буквально перевел Евтушенко, не желая сбиваться на ненужную благочестивость: «Делайте любовь, а не войну!»
«Война вредна для детей и других живых существ».
«Детьми-цветами» называли себя хиппи. Их обезоруживающе наивная тихая нота была тоже слышна в какофонии американской драмы.
Сотни «подпольных» листков, газет и изданий кричали о революции. Энергичным соленым языком они призывали молодежную аудиторию плевать на призывные армейские пункты и вьетнамскую войну и на любые табу, включая запрет на марихуану.
Эпидемия угона самолетов была в разгаре.
Рецепты гремучих смесей, «бомбовых коктейлей» печатались в открытую. В книжке Эбби Хоффмана, лидера йиппи, «партии» революционного балагана, перечислены семь вариантов бомб, которые можно сделать в домашних условиях. Смесь бесовства с коммерциализмом, книжка эта мозолила глаза уже своим названием. «Укради эту книжку!» — значилось на титульном листе.
Фарс теснил, но и оттенял трагедию.
В тюрьме, из которой у него не было ни малейшего шанса выйти на волю, самодельный революционер Джордж Джексон зачитывался наставлениями по городской герилье — партизанской войне в каменных джунглях.
«Пантеры» скрежетали зубами: «Смерть свиньям!». но убивали-то «пантер». По всей стране шла полицейская на них охота, зверский отстрел. (Фреда Хэмптона пристрелили дома, в собственной постели, он так и не проснулся. Задним числом налет объяснили привычной формулой: «необходимость самообороны», будто нападающей стороной был именно спящий.)
Вот еще один американский коктейль из фарса и трагедии. Впрочем, в нем немало и других компонентов.
Ноябрьским днем 1970 года незаменимый и всемогущий шеф ФБР Эдгар Гувер появился в сенате, чтобы сделать сенсационное заявление: раскрыт опаснейший заговор. «Воинствующая, анархистская группа», «состоящая из католических священников, монахинь, преподавателей и студентов», оказывается, намеревалась взорвать системы отопления и электропроводки, питающие правительственные учреждения в Вашингтоне. Их цель — «создать хаос, а также похитить важное государственное лицо, имеющее отношение к Белому дому». В обмен похитители якобы собирались «потребовать прекращения американских бомбардировок в Юго-Восточнои Азии»…
Эдгар Гувер назвал девиз подрывной организации: «Заговор на Восточном побережье по спасению жизней». И имена заговорщиков — Дэниел и Филип Берриганы. Мятежные братья сидели в тюрьме Данберри, но по гуверовской логике факт этот не только не создавал алиби обвиняемым, но как бы подтверждал преступность их намерений.
Ответ Берриганов последовал незамедлительно.
«Г-н Гувер назвал нас руководителями „Заговора на Восточном побережье по спасению жизней“. Мы счастливы согласиться, что подобный заговор сознания действительно существует, притом в гораздо более широком виде, чем это признает г-н Гувер. Есть также „Заговор на Западном побережье по спасению жизней“, „Заговор на Среднем Западе по спасению жизней“, „Средне-атлантический“, а также „Южный заговор по спасению жизней“. Более того, сложился фактически „Всемирный заговор по спасению жизней“, имеющий целью „потребовать прекращения американских бомбардировок в Юго-Восточной Азии…“»
А в тюрьму братья попали так.
