Гера толком не помнил, как он уехал из «Черного бриллианта». Сначала ему было очень хорошо. Вино, вкусная еда, красивые женщины, запах чудесных духов, неприкрытый интерес, который он читал в направленных на него взглядах. Беда, которая совсем недавно казалась ему непереносимой, вдруг стала легче, прозрачнее, а потом и вовсе исчезла, растаяла в этом карнавале, на выставке богатства и счастья. Гера много танцевал с «Мисс Вселенная», выяснил, что ее зовут Зина, родом она из сибирского городка, и у нее есть спонсор, которого она очень уважает как мужчину и чувствует себя рядом с ним женщиной.
– Но разве это называется спонсор? – уже не очень трезво удивился он.
Затем прекрасное настроение стало улетучиваться. Приятные нарядные люди резко поглупели, Раиса завела нескончаемый и непереводимый разговор с каким-то предпринимателем, похожим на бревно с усами. Гера заметил, что «Мисс Вселенная» танцует, как колонна в желтых сапогах, и при этом подпевает абсолютно не в такт. На очередной танец он хотел пригласить другую девушку, но «Мисс вселенская дурь», как он мысленно стал ее называть, по-хозяйски положила ему руку на локоть. Гера покорно пошел, но посреди танца почувствовал, что не может больше терпеть ее болтовню и более противной постной рожи в жизни не видел. Честно сделал все от него зависящее, чтобы скрыть свои чувства. И сам удивился, неожиданно выпалив: «И долго тебя искали, такую дуру деревенскую?» Девушка молча уставилась на него, думая, что не уловила юмора. Гера отвел ее на место и пошел искать мужской туалет. Так его и не нашел. Ужасно кружилась голова, стало очень душно, захотелось на свежий воздух, но выбраться из этого лабиринта не представлялось возможным. И тут Геру подхватили сильные теплые руки. Он поднял голову и увидел большое, яркое лицо Раисы Чеберяк.
– Меня тошнит, Рая, – прерывисто вздохнул юноша. – Мне плохо. Я не хочу здесь оставаться.
В машине он спал. Обнаружил себя уже на огромном диване Раисы. Увидев, что Гера открыл глаза, она поднесла к его губам большой стакан с ледяным апельсиновым соком.
– Тебе лучше?
– Да. Но все равно очень плохо.
Раиса куда-то вышла, вернулась, заставила его встать и поволокла в ванную. Там уже било ключом джакузи, висел и белый пушистый халат, и большое полотенце. Раиса ловкими движениями сняла с Геры одежду, он, правда, сделал попытку придержать трусы, но тут же безнадежно махнул рукой. Она погрузила его в горячую воду и, когда Гера совсем расслабился, вылила ему на голову ведро холодной воды.
– Ты что, спятила, Рая? – возмущенно зафыркал он.
Но тут к его носу прижали платок с резким запахом, отчего в груди стало так же прохладно, как голове.
– Чем так воняет? – Гера пытался оттолкнуть руку Раисы. – Ты что, травишь меня?
– Дурачок, – рассмеялась она. – Сейчас у тебя мозги на место встанут. Это нашатырь.
И в самом деле, окружающие его предметы встали на место, глаза обрели способность ясно видеть, а желудок дал сигнал, что готов принять что-нибудь съедобное.
– Есть хочешь? – отреагировала Раиса, словно она экстрасенс.
– Кажется, да. Честно, хочу.
– Ну, вылезай, вытирайся, кутайся в халат, я принесу поесть. По правде, для меня все эти устрицы-омары не еда, а развлечение.
Во время сытного ужина – жареная утка с яблоками и айвой – Раиса с удовольствием перемывала косточки знаменитостям, бывшим на приеме.
– Я видела, тебе Станислав Грин понравился?
– Угу. Очень эффектный.
– Голубой.
– Да ты что?! Не верю.
– А ты жену его видел?
– Нет.
– Потому что они рядом никогда не появляются. На одной презентации в разных местах сидят. Она вся в коже, как комиссарша, и все дела решает. На автопилоте она.
– В смысле?
– Да не живут они. Правда, сын у него есть от первого брака. Слышала я, мальчишка совсем плох, помереть может. Пересадка почки нужна.
– Ой! Разве с детьми такое бывает?
– С ними и не такое бывает.
– Ну и что: спасут его?
– Есть у меня один человек. Донора ему подбирает.
– То есть как? Живого ребенка?
– Да нет… Что ты переполошился, как маленький. Ты и есть еще маленький. Просто богатым людям быстрее, чем другим, открывается информация. Знаешь, автомобильные катастрофы, несчастные случаи – это и есть доноры.
– Может, и папе можно было… Другое сердце пересадить. Если бы он был богатым.
– Ну вот, опять я тебя расстроила. Что случилось, то случилось. Этого мы изменить не можем. Но с тобой – понимаешь, я хочу, чтобы с тобой все было иначе. Чтобы ты был сильнее самой жизни.
– А почему ты этого хочешь?
– Ты таким мне кажешься золотым парнем, что ничего для тебя не жалко.
