не мог допустить, что ради карьеры, «душевного спокойствия», как говорил следователь
Сорокин, чиновники прокуратуры и суда могут пойти на такое. Но человеческая жизнь, при
всей своей напыщенности высокопарных лозунгов, принимаемых гуманных законов, в
нашей стране, на тот период, ничего не стоила. И особенно это касалось силовых структур.
Популизм во всей своей красе процветал, ослепляя разными цветочками, пускал свои корни
в жизнь, оплетая и уничтожая светлое, прекрасное. Люди не готовые и не знавшие таких
подходов, доверяя своим избранникам, депутатам и делегатам, полностью отдавались, вручая
свои жизни. И многие за это поплатились. Не забывайте никогда того, что любой цветок
превращается когда-нибудь в плод с новыми семенами. Что будет с теми, которые вкусят этот
плод, выращенный на таких плантациях, это ещё вопрос времени. Но ничего хорошего точно
не будет. Таковы реалии современного общества. И таково будущее при таких подходах.
Сможем ли мы что-нибудь сделать, чтоб этого не было, пусть каждый для себя решит сам.
Указание прокурор
Конец августа! Неминуемо наступает очередная осень! Лето остывает, заполняя
обычные серые дни дождём и сыростью. «Мерзкая погода, пропитывая землю, стены домов,
бетонные дорожки, водной эмульсией, разрыхляет эту твердь! Всё приходит в негодность!
Кажется обычный день, но эта влага медленно и верно разрушает и уничтожает всё на своём
пути! Состояние непогоды, каким-то непонятным образом, передаётся работникам
прокуратуры! В коридорах бродит нервозность! Жизнь не становится лучше! Если провести
параллель с погодой, какое слово можно подобрать всему этому? Может, промозглость? Нет!
Не уютность? Да, именно – не уютность! Сменился прокурор области! Новый начальник
вошёл в курс дела, с первого дня, взял быка за рога, повысил требовательность! Новая метла,
метёт по-новому! Как же он тогда выразился? «Нужно создать работоспособный и
сплоченный коллектив. Коллектив, в котором нет ни групп, ни группировок, ни
кампанейщины! Нужно освободиться от всего этого, что было в порядке вещей у вас, в
прошлые времена! Нам, нужно работать единым фронтом, нужно создать единую команду!»
Уже прошло почти три года, а привыкнуть ни как не получается! Единой команды, как
таковой нет! Прибыв с Тольятти, после раскрутки сложного, громкого дела с автоВАЗом и
ЛогоВАЗом, если это так можно назвать! С пылу, жару, всех взял в ежовые рукавицы! Теперь
на каждом, очередном совещании, приходится выслушивать недочёты и промашки,
допущенные районными прокурорами! При этом совершенно не видит ничего
положительного! При всей своей жесткости и требовательности, не понятно чего он хочет!
Подходит избирательно к возбуждённым уголовным делам! Где-то осторожничает, где-то
поступает жёстко! Человеческая жизнь, для него, всего лишь, ещё одно уголовное дело!
Выслужится за счёт нас? Показать, что он достоин высокого звания и высокой должности? И
что потом? Повышение ему не светит! Скорей всего останется до самой пенсии на этой
должности! Что будет дальше? Тот устой, построенный долгими годами, пытается
разрушить! Устанавливает новые порядки! Приживётся ли это? Если нет, то придётся
строить заново! Это всё ляжет на наши плечи! Областников словно подменили, им нужны
новые дела и как можно громче! Требую по статьям, по которым раньше никогда не
возбуждали уголовных дел! Можешь, не можешь, надо отработать весь уголовный кодекс!
Откуда я найду нарушение этой статьи, если его не нарушают! На каком-то одном из
совещаний вообще выдал: «Если возбуждены дела по всем статьям кодекса, значит, районная
прокуратура работает на все сто процентов, многопланово и разносторонне! Если не
возбуждается по какой-то статье, то это жирный минус вам! Не усмотрели, недоглядели, не
отработали! Нарушения есть всегда, только надо постараться найти!» Другое время, другой
расклад, другие принципы! Он же ненадолго! Оттрубит, отработает и уйдёт!» – думал свои
тяжкие думы, на заднем сидении служебной «Волги» мужчина. Ему было примерно
пятьдесят лет, невысокого роста, худощавый, светлые, жиденькие волосы, зачёсанные на бок,
нос картошкой, свисающими усами. Смотрел на улицу, совершенно ничего не видя перед
собой. Он старался успокоить себя, но тяжёлые мысли всё больше и больше одолевали его.
Машина двигалась в общем потоке. Водитель тоже явно нервничал, то и дело, бормоча чуть
слышно, выплёвывая ругательные слова.
Пётр Яковлевич Максимов, прокурор Свердловского района г. Перми, казался старше
своих лет. Неспешно, выйдя из служебной машины, несильно захлопнул дверцу. В здании
прокуратуры, поздоровался работниками канцелярии, направился к себе. Зашёл в кабинет,
устало уселся за рабочий стол без всякого настроения. Ночь оказалась длинной, мучила
бессонница, болела голова. Ни как не мог настроиться на рабочий лад. Отвернувшись, стал
смотреть в окно. Там кипела жизнь. Люди сновали, беззаботные подходили к остановке, о
чём-то спорили, смеялись. Жили своей, совершенно непонятной жизнью. Возможно,
намного счастливей его самого. Было муторно на душе, дурное предчувствие никак не
