Однажды мы оказались с ней вместе на одном приёме. Я тогда сопровождала пожилого дипломата, а Эмилия была с крупным бизнесменом. Так она умудрилась пролить вино на моё дорогущее вечернее платье, взятое напрокат. Мало того, что весь вечер мне пришлось ходить в мокром наряде и делать вид, что всё в порядке (поскольку я не могла сказать своему кавалеру: «Отвези меня домой, моё платье испорчено»), так мне потом ещё пришлось выложить немалую сумму за химчистку этого злосчастного платья, чтобы вернуть его обратно в прокат в надлежащем виде.
Я рвала и метала, скрежетала зубами, но Эмилии этого не показывала – не хотела лишний раз доставлять ей радость и давать понять, что ей удалось задеть меня. Я сделала вид, будто это на самом деле пустяк. А эта сучка Эмилия только мило извинялась, фальшиво охая и ахая, что она такая, мол, неуклюжая.
Совсем другое дело встретить на рауте или светской вечеринке Ричарда или Антона. Это всегда бывало весело.
Пока наши «спонсоры» вели деловые беседы, мы могли погулять по роскошным залам и пообщаться, обсудить своих клиентов, открыть друг другу пикантные подробности их поведения и личной жизни.
Кстати, модели-парни обслуживали не только зрелых и пожилых дамочек. Довольно часто их клиентами становились мужчины, как правило, для неофициальных приёмов и закрытых вечеринок. Хотя в нашем перевёрнутом мире уже никого не шокируют однополые связи. Даже наоборот, дабы привлечь к себе повышенное внимание и интерес, многие представители публичного мира намеренно демонстрировали свои предпочтения и нетрадиционную ориентацию. Лишний скандал никому из них ещё не повредил. Чем больший интерес вызывает личность того или иного человека, тем потом стремительнее взмывает его успех и популярность.
Однако это никоим образом не касается «уважаемых» бизнесменов и политиков. Они ревностно берегут свою репутацию, независимо от истинных предпочтений, и позволяют сопровождать себя исключительно девушкам. Бывало даже, что после делового приёма нетрадиционал отпускал девушку, не требуя интим-услуг, а сам потом уединялся с Ричардом или Антоном, или ещё с кем-то из наших парней, и удовлетворял свои гомосексуальные потребности.
А встречались и того хуже. Он с виду вроде бы нормальный мужчина, смотрит на тебя пожирающим взглядом, а потом, уединившись в спальне, он просит связать его, надеть на его лицо маску и оттрахать громадным фаллоимитатором, который захватил с собой.
Ричард поведал много интересного за время нашего общения. Как-то он сопровождал пятидесятилетнюю хозяйку популярного эскорт-агентства (своими мальчиками, наверное, уже пресытилась, вот и выискивала молодых профессионалов в других аналогичных агентствах). Ричард рассказывал,
* * *
Последний раз мы пересеклись с ребятами на светской тусовке. Я была с Дэном, а Ричард на этот раз уже с шестидесятилетней продюсершей.
– О, дорогой Ричи, ты делаешь успехи, – весело подмигнула я ему, когда мы встретились у бара, – покоряешь новые выс
– Ах, Марго, твой язычок острее лезвия, – улыбнулся он в ответ. – Но эта тётенька платит мне огромные деньги помимо официальных, к тому же забрасывает дорогущими подарками. Она практически содержит меня. И при этом в постели лежит толстым бревном, охая и ахая, пока я её трахаю минут десять-пятнадцать. А затем мирно засыпает, обнимая меня за попку. Я с огромной радостью пошёл бы к ней в «содержанки». Или даже женился бы на ней, при условии, что после её ухода в мир иной получу в наследство всё её состояние, ну или хотя бы половину.
– Так в чём проблема? – удивилась я. – Ты свой контракт в эскорте уже давным-давно отработал, и не один. Бросай всё к чёрту и беги к своей продюсерше.
Ричард сокрушённо вздохнул.
– Проблема в том, что не зовёт!
Мы глянули друг на друга и покатились со смеху.
– Бедный Ричи, – говорила я сквозь смех, – встретил, наконец, ту единственную, идеальную женщину, и та не спешит брать его в свой дом. Не везёт, так не везёт.
– Да уж, – смеялся Ричард, – судьба-злодейка. Где счастье и гармония в этой жизни, Марго? Нет их.
Мы вернулись к своим «благодетелям», помаячили некоторое время у них под боком, а затем опять встретились на диванчике у фонтана.
– Ну, как дама? – спросила я. – Не скучает?
– Бабуля уже хочет домой, в постельку, – Ричард говорил наиграно ласково, как будто речь шла о маленьком ребёнке, – и чтобы малыш Ричи спел колыбельную и уложил бабушку спать.
– Хватит меня смешить, – взмолилась я. – Это будет уже совсем неприлично, если я сейчас громко заржу.
