– Почему же дурой? – возразила я. – По-моему, ты всё правильно сделала. За такие слова и за то, как он с тобой поступил, ему не только затрещину надо было влепить. Яйца ему оторвать и на стену повесить за такое!
– Это всё верно, – хмыкнула Томка, – вот только не знаю, как теперь на работе появляться после всего случившегося. Видеться с ним нет никакого желания.
– Уходи оттуда совсем, – предложила я.
– Придётся, – грустно ответила Томка. – Жаль, хорошая работа была, перспектива неплохая, и платили прилично.
– Да, но скоро всё равно пришлось бы уйти, – сказала я. – Или ты передумала оставлять ребёнка?
– Даже не знаю, – неуверенно сказала Томка. – Я в растерянности. С одной стороны, …
– Я тебе дам «с одной стороны»! – я повысила голос. – И с другой стороны тоже. Даже не вздумай! Из-за какого-то козла жизнь себе ломать, лишать себя такого счастья?! Ты чего?! Таких, как он, ещё десяток будет, сотня, миллион. И что же, каждого слушать и каждому из них в рот заглядывать: женится-не женится?! Мужики приходят и уходят, а ребёнок останется с тобой. Томка, ведь это же так здорово – у тебя будет малыш! Ты будешь мамой. Представляешь, в этом огромном мире будет маленький человечек, который будет всегда любить тебя, будет называть тебя мамой.
– Да, Софико, это здорово, – улыбнулась Томка. – А что я буду делать одна с этим «счастьем»? Как я смогу обеспечить своему ребёнку достойную жизнь? Одна, без мужа, без работы?
– Ой, такую ерунду ты говоришь, – опять возразила я. – Разве ты одна? У тебя есть я, есть Натали. Я никогда тебя не оставлю. Ты мне как сестра, роднее родной. Вместе поднимем твоего богатыря.
– Почему ты решила, что будет мальчик? – удивилась Тома.
– Не знаю, просто так подумалось, – я пожала плечами. – А муж, работа, карьера – это дело наживное. Сегодня нет, а завтра будет.
– Может, ты и права.
– В общем, я не собираюсь тебя уговаривать и убеждать, – сказала я. – Ты взрослая девочка и сама должна принять решение. И, каким бы оно ни было, оно будет твоё.
* * *
Неделю после нашего последнего разговора Томка не звонила и не появлялась. Я беспокоилась, боялась, что она может наделать глупостей. Но сама не звонила, не хотела давить на неё. В любом случае, если она решит всё же избавиться от ребёнка, я не смогу ей помешать. Да и зачем? Чтобы она потом упрекала меня, что я влезла не в своё дело и сломала ей жизнь? Нет, пусть сама решает, как ей поступать.
Наконец, на восьмой день молчания Томка объявилась, радостная такая. Я с дуру подумала, что она вновь сошлась со своим многожёнцем.
– Софико, родная, у меня будет ребёнок! – радостно прокричала она в трубку. – Я долго думала, боялась, колебалась, даже поехала в больницу на эту ужасную процедуру. А по дороге вдруг осознала,
– Господи, конечно, согласна! – я не могла сдержать слёз радости. – Ты молодец, я горжусь тобой! Ты всё правильно решила. О деньгах не думай, у меня их предостаточно. А не хватит, ещё заработаем. Кстати, я тут подумала: если ты решишь всё же оставить ребёнка, то я, наконец, распрощаюсь со своей профессией, оставлю эскорт, бордель, все эти базы, клиентов, как они мне все осточертели за столько лет! Дэн давно уже предлагал мне бросить всё это, готов выплатить за меня хозяину «неустойку» по контракту. Теперь я, наверное, соглашусь. Пора кончать уже с распутной жизнью. Сколько можно? Крёстная мама нашего малыша должна иметь приличную профессию.
– А вот это действительно достойное решение! – радостно сказала Тома. – Я все эти годы ждала, когда же ты, наконец, бросишь это грязное дело. И, в конце концов, дождалась. Сегодня – самый счастливый день!
5.
Тома ещё месяц продолжала работать на прежнем месте. Потом написала заявление, получила расчёт и уволилась.
Я же вскоре после нашего разговора с Томкой намекнула Дэну, что подумываю о том, чтобы покончить с борделем и посвятить себя полностью модельному бизнесу. Дэн – парень смышлёный, ему дважды повторять не надо. Он смекнул, что надо «брать быка за рога» и пользоваться моментом, пока я не передумала, иначе другого случая могло не представиться. Он взял на себя все неприятные хлопоты, связанные с досрочным расторжением моего контракта с агентством и выплатой неустойки, которая обернулась довольно кругленькой суммой. Но Дэн ни секунды не колебался и заплатил, не торгуясь.
