– А как?! Сначала убили Анну, потом твоего коллегу. Я уже молчу про нападение на Константина и смерть Насти… И все это время (пока мы гадаем и пытаемся установить связь между преступником и жертвами), ты никому не рассказывал, что близко знаком с Анной, и даже возил ее по секс-вечеринкам.
– Между нами ничего не было… – от боли Косыгин скорчил гримасу и сильнее перетянул запястье полотенцем; лед внутри начал таять и капал на кожаную обивку дивана.
Крамер махнул рукой:
– Я понимаю: факт, что ты состоял в интимной связи с жертвой убийства, может сильно подпортить твою репутацию… Но все-таки это не достаточное основание, чтобы не проинформировать следствие. Что ты скрываешь, Вадим?
Прежде, чем ответить он набрал полные легкие воздуха.
– Я и вправду знал Анну.
– «Периодически видеться»? – Крамер саркастически улыбнулся. – И вы периодически виделись на секс-вечеринках в Стамбуле.
– Да что ты привязался к этим вечеринкам?!
– Потому что они говорят об уровне ваших отношений. Вы были не просто знакомы! Нельзя встретить девушку в парке, сходить с ней в кафе, а затем пригласить в клуб, полюбоваться на групповушку.
– Она сама попросила меня туда ее отвезти!
– Зачем?
– Сказала, что хочет написать историю про порноактрис-славянок.
– А как она поняла, что к тебе можно обратиться с подобной просьбой?
– Ну-у… – Вадим уставился в сторону. – Просто узнала и все.
– Наверное, ты случайно проболтался ей, когда вы курили в спальне. По себе знаю: мужики после секса чрезвычайно болтливы.
Внезапно, Вадим развернулся и швырнул полотенце в сторону Крамера:
– Да не спал я с ней! – кубики льда разлетелись по полу в разные стороны.
– Ой, называй как хочешь: встречался, трахался! Суть не изменится.
– Нет же! У нас были дружеские отношения…
– Да ладно…
– Я гей.
Крамер на секунду опешил. В голове было столько слов, но все они в одно мгновение куда-то делись. В его глазах отразился немой вопрос: как –
– Я гей, – повторил Вадим. – «Голубой». Педик. «Заднеприводный». Понимаешь?
Крамер отрицательно покачал головой.
– Не уверен. Ты шутишь что ли?
– Нет.
– И я должен тебе просто поверить?
– Мне что отсосать тебе, чтобы ты мне поверил?!
– А что легче: отсосать или сесть в тюрьму за пособничество в убийстве?
Вадим шмыгнул носом:
– Я говорю правду.
– Нет, – отмахнулся Крамер. – Я собственными глазами видел, как на вечеринке ты утащил в туалет какую-то девушку… А на море ты приставал к Ольге Авдеевой?
– Да я знал, что она пошлет меня к черту. Она весь вечер только
От неожиданности, Крамер даже помог ему подняться и проводил на балкон, где они, в полном молчании, выкурили несколько сигарет.
– Помнишь, когда вы с Ольгой впервые оказались у меня в офисе, ты тогда уставился на стикер у меня на столе. Я это заметил.
Леонид задумался.
– И что?
– …Там были написаны цифры.
– Я помню:
– В мире не существует такого ай-пи. Слишком короткий. Это
Крамер поморщился:
– Можешь не продолжать.
– Перед вашим приходом я как раз сидел на тематическом форуме, и машинально выписал данные на листок, – Вадим замолчал и сильнее сжал руку. – Нас с Анной связывала исключительно дружба.
– Хорошо. Убедил. Ты – гей, – придя в себя, Леонид попытался вернуть разговор в прежнее русло. – Но, почему ты ничего не рассказал полицейским?
– Потому что они бы задавали точно такие же вопросы! И уже через сутки вся Алания гудела бы новостью, что Вадим Косыгин любит, когда его трахают в жопу! Понимаешь? А мне такая слава не нужна! Это, мать его, Турция, а не Амстердам!
– Согласен.
– Конечно, для приличия я подкатил к Коноваловой… И –
– А Стамбул?
