– Да? Ну, тогда давай, провожай, – Аглая взяла его под руку. Ощущение было такое, что она своей рукой огибает небольшую колонну, а ее ладонь просто потерялась на его массивном предплечье. – Ну, Генка, ты и медведь!
– Не красавец, Айка, я и сам это знаю, – сказал он, и как-то по-детски обезоруживающе улыбнулся.
– Да я совсем не о внешности, – Аглая снова рассмеялась и шутя толкнула его плечом. – Наоборот, можешь расценивать мои слова, как комплимент. С таким, как ты, по любым трущобам идти не страшно, – она увлекла его поближе к парапету набережной, постояла там, с удовольствием подставляя ветру лицо. – Как же надоедает за день эта кафешка! А ты что, сегодня не работаешь?
– Был в клубе днем. Мальчики по вызову там вчера много чего перевернули, мы с пацанами наводили порядок. А сейчас клуб закрыт. Шеф уже целую петицию настрочил о причинении морального вреда гостям, о подрыве репутации клуба, ну, и разумеется, о колоссальных материальных убытках. Старается вовсю, и наш юрист ему помогает.
– Теперь у следака неприятности будут? – спросила Аглая. Спросила с сожалением – ну симпатичен был ей Михайлов, несмотря на проблемы, которые он ей создавал.
– Не знаю, как у них дело пойдет. Шеф-то местью не пылает, а раздувает скандал для того, чтобы тот, кто дал «добро» на вчерашний рейд, впредь зарекся это делать. Корчит из себя невинность, смертельно оскорбленную в богоугодном заведении. Кто после этого еще раз посмеет к нам сунуться? Уловила?
– Уловила. Значит, вчера они наш электронный сезам не вскрыли?
– Нет. Искали, заставили склад почти полностью разгрузить, даже стены простукивали. Но в планах коридорчик значится как вентиляционная шахта, а зал вообще в подвале, которого вроде как нет. Честно говоря, я и сам не нашел бы, если б не знал.
– Да, умеет дядь Боря поставить дело, – криво усмехнулась Аглая.
Гена остановился, воззрившись на нее в изумлении:
– Кто?!
– А ты что, не знал? – спросила Аглая, поняв, что отступать некуда.
– Нет, конечно. Откуда? Такое разве что одному шефу может быть известно. А ты-то это с чего взяла?! Или просто теперь все смертные грехи на него сваливаешь?
Гена оставлял Аглае лазейку, но она ею не воспользовалась. Встала перед ним близко-близко, посмотрела ему в глаза.
– Айка, – Гена в замешательстве, но очень нежно провел рукой по ее щеке. И если что Аглае и удалось прочитать что-то в его взгляде, так только вспыхнувшее желание поцеловать ее прямо здесь и сейчас. И она поймала себя на том, что в другое время и сама была бы не против. Но не сейчас, когда она окончательно решилась, будто прыгнула в пропасть. Мягко, но решительно она положила ладонь Гене на грудь. Ему этого оказалось достаточно: грубый только внешне, намеки он схватывал на лету. Опустил руки, отступил на шаг назад. Аглая убрала ладонь и снова взяла Гену под руку, пристраиваясь с ним рядом.
– Ген, я хочу тебе сказать одну вещь, – тихо произнесла она, разглядывая тротуар под ногами. – Никто о ней не знает, кроме меня. И если я тебе это говорю, то только потому, что я очень тебе доверяю. Почти как Ромке. Но с ним я об этом говорить не могу.
– Что у тебя, Айка? – так как она сделала паузу, Гена участливо накрыл свободной рукой ее ладонь, лежащую на сгибе его локтя. И, желая облегчить ей задачу, доверительно спросил: – Ты что, беременна?
– Нет, что ты, – несмотря на сложность момента, Аглая не удержалась от смешка. А потом, окончательно сжигая за собой мосты, выпалила на одном дыхании: – Алку убили, Ген. Арес в ее гибели не виноват, он оказался лишь орудием.
Как и следовало ожидать, Гена был потрясен.
– Айка, да ты хоть понимаешь, что говоришь? И с чего ты такое вообразила?
– Не вообразила, Ген. Помнишь шприц, который я выудила из мусорного ведерка?
Медленным прогулочным шагом двигаясь по набережной в сторону дома, Аглая тихо и подробно, шаг за шагом, рассказала Гене все – и то, что ухитрилась узнать, и то, до чего додумалась сама. Он не перебил ее ни разу. Только слушал. Сосредоточенно, внимательно. Когда Аглая приступила к рассказу про второй шприц, он напрягся, резко выдохнул. Но опять не проронил ни слова.
– Ну вот, собственно, и все, – подошла Аглая к финалу. – Теперь ты знаешь ровно столько же, сколько и я. Делай выводы. И решай, с кем ты теперь: со мной или с шефом?
– С шефом? Я? Глупая ты, Айка. Да я просто больше никуда не мог устроиться на работу. Кто бы еще взял к себе вчерашнего зэка? А тут мне, наоборот, моя ходка даже какую-то дополнительную славу создает, авторитет, так сказать, да и кое-какие полученные на зоне навыки, бывает, в деле годятся.
– Ясно, – кивнула Аглая. – Значит, ты со мной?
– С тобой, – ответил он серьезно. – Только об одном тебя прошу: давай без глупостей. А то с тебя станется что-нибудь отмочить, уж я-то знаю. А что касается Ромыча… знаешь, Айка, я бы ему все-таки рассказал. Он не заслуживает роли несведущей куклы. Неправильно это.
– Да ты что, его же удар хватит!
– Молод он еще для удара. И вообще парень с характером, такой многое выдержит.
