Но не надо думать, будто я сидела за столом, сметая всё съедобное, появлявшееся в поле зрения, и ничего не замечала. Стефани и её семья смотрели на меня снисходительно и настороженно, а Марго недовольно щурилась. Она, видимо, уже двадцать раз пожалела, что не выкинула мою наглую тушку из поместья вампиров сразу после знакомства с Морганами. Она явно хотела, чтобы я вела себя чуть приличнее, но нашла коса на камень (то есть Эстер на яблочный пирог). Сообразив, что взглядами делу не помочь, Марго решила сделать умный ход — завела светскую беседу.
— Как тебе Алан Гордон? — спросила моя телохранительница у Мелиссы.
— Приятный тип, был бы в моём вкусе, если бы не хотел всех поубивать, — ответила вампирша, прищуриваясь от света, который падал ей в глаза.
Я заметила, что солнце никак не задевало Мелиссу, наоборот, нравилось. Молодая. Понятно. Максимум, родилась в девятнадцатом веке, да и то в конце, ближе к двадцатому.
— А больше ты ничего не узнала? — почему-то настаивала Марго, и я временно перестала жевать, беря чашку с ароматным фруктовым чаем. К слову, больше никто ничего не ел, но я не чувствовала себя неуютно. Даже странно.
— Не было времени. Алан волновался за брата и не собирался со мной откровенничать. Меня настораживает, что Гордон подошёл к Эстер целенаправленно! Он не собирался искать кого-то ещё, чтобы заговорить. Он знал…
Мелиссе не надо было заканчивать предложение, всё и так было понятно. Алан знал, кому я служила и почему стояла на его территории. Единственное, чего он не учёл, так это мою связь с Морганами. Если бы не вмешательство Мелиссы, нетрудно представить, что ждало меня дальше.
— Я тоже поняла, что он ждал Эстер, — кивнула Марго, а я внезапно поняла, что расхотела есть. — Только зачем столько хлопот? Он что, не понимает, как муторно связываться с Гильдией? Да эти фанатики одержимы охотой! Эстер, без обид.
— Понятия не имею… — пожала плечами Мелисса. — Вдруг его тянет к девушкам с оружием? И вообще, Марго, тут и твоей вины полно. Не сумела справиться с человеком и настоять на своём? Зачем позволила Эстер поехать в центр и встретиться с Гордоном?
— Эй, полегче… — подключился к разговору Глеб, спасая всех от моего гнева. Абсолютно неправедного и разрушительного. Сидеть и слушать, как меня ругают, было мерзко. — Вы забыли, что Эстер всё слышит и злится?
Марго сделала вид, что только сейчас заметила меня, и «виновато» развела руками. Ага, как же. Так я и поверила. Слишком честное лицо и насмешливый взгляд для вампирши, которая минуту назад отпустила пару неприятных замечаний мне и Гильдии в целом.
— Похоже, ты, Эстер, любишь влипать в истории, — заулыбалась Стефани, примирительно вскидывая руки. При этом она внимательно смотрела на меня и словно просила ничего не делать. А я и не собиралась. Смысл? С раскладом 9:1 в пользу вампиров никакой охотник не выживет.
— Нет, не люблю, но как-то само собой получается, — ответила я приветливо, что не помешало мне просверлить Марго недобрым взглядом. — Если честно, надоедает. С моим переездом в Стоунбридж проблем прибавилось у всех, включая меня саму.
Стефани понимающе кивнула и в открытую принялась изучать моё лицо и руки, которые в данный момент всё ещё сжимали кружку с остывшим чаем. Кстати, очень вкусным. Надо будет и правда поговорить с кухаркой Синтией на счёт рецептов.
— Мне любопытно за тобой наблюдать. Ты странная девушка. У тебя открытый и смелый взгляд, но ты никогда не расслабляешься и внутренне зажата. Ты как будто всегда начеку. Вижу, у тебя много шрамов, и, судя по рассказу Маргариты, ты давно служишь Гильдии.
— Всё это — издержки профессии, — произнесла я без особого восторга. Слушать очередной анализ от вампира было средним удовольствием и скорее злило, чем интриговало.
Стефани на секунду задумалась, а потом сказала:
— Понимаешь, я живу на свете не одну тысячу лет и могу судить, с кем можно иметь дела, а кого лучше послать далеко и надолго. Опыт и мудрость подсказывают мне, какие у кого черты характера заранее. Можно сказать, это мой приобретённый с возрастом дар. У кого-то я вижу храбрость, у кого-то ум, целеустремлённость, силу, заносчивость, гордость, злость или склонность обманывать, причём не всегда окружающих, но и самих себя. У тебя я не вижу ничего. Ты как рыцарь в доспехах, у которых даже забрало литое, без прорезей для глаз.
— То есть вы хотите сказать, что я пустая?
Вопрос прозвучал странно, но уместно. Неожиданно слова Стефани зацепили что-то внутри меня и вызвали почти болезненный интерес. Похоже, я была неправа, когда заранее посчитала, что всё, о чём будет говорить вампирша, будет банальностями.
— Не знаю… — почти растерянно сказала Стефани и первой из вампиров выпила свой чай. Залпом, до дна, словно не чувствуя вкуса. — Наверное, в твоей жизни было слишком много ужасных вещей, и ты закрыла себя от других. Отсюда твоя верность Гильдии и ненависть к вампирам, которых ты даже не знаешь. Жаклин Атара Трейт знала, кого присылать сюда. Никто другой не противостоял бы очарованию «ночных охотников» дольше, чем ты. И это не комплимент.
