- А ты батю держись. Зря что ли приехал именно сюда, в Москву. Здесь все за кого-то держатся. Ты и я - за батю. Батя - за партию. Партия за отца.
- Отца?
- Ты как вчера родился. Отца, конечно. Отец нации у нас всего один. Он и людьми управляет, и ладой, и журавлями.
- А Тедди?
- У Тедди свои игры в корзинке с игрушками. С гаджетами, то есть. Фигура полезная, но лучше не ложиться под него. Так батя говорит, когда выпьет. Ты ж понимаешь, я всего лишь водила без зарплаты, мелкий порученец без удостоверения, - Коля погрустнел. - Задолбало быть шнырем по мелочам. Но ничего, я понемногу коплю, вкладываю. Квартир уже две, на стоянке - хорошая машина, есть кое-что в валюте на счетах. Еще немного и буду пробовать уже что-то чисто свое.
- Есть мысли?
- Да вот думаю магазин замутить. Пока не решил, что именно продавать, но склоняюсь к шмоткам. Постепенно ищу варианты по поставкам.
- Молодца, - я, наконец, справился с яйцами и выложил готовое блюдо на тарелку. - Катя! Иди кушать!
На кухню робко зашла девочка. Без куртки она оказалась настолько щуплой, что было непонятно, в чем держится душа. При свете дня я смог, наконец, разглядеть и ее лицо: маленький курносый носик, тонкие губы, немного торчащие уши, которые сейчас скрылись за вымытыми белесыми волосами. Глаза были огромными и разного цвета: один серый, другой - зеленый. Катя была скорее некрасива, даже симпатичной ее было назвать трудно: истощенная от голода с непропорциональными чертами лица и тела. Но все же что-то в ней цепляло. Как мозг при просмотре чего-то целого акцентируется на деталях, так и я сейчас видел то только ее глаза, то тонкие изящные руки, то робкую улыбку.
Катя замерла на входе, не решаясь занять место за столом в присутствии Николая. Коля заметил взгляд и кивнул на стул рядом.
- Садись, никто тебя не съест. А вот тебе поесть не помешает.
Катя боком прошла к стулу, влезла на него, закинув одну ногу под крохотные ягодицы и набросилась на яичницу, как голодный волчонок. Мы с Колей молча следили за ней.
- М-да... - Протянул Николай и встал. - Давай, кореш, воспитывай подрастающее поколение, а мне работать надо. Поеду на МКАД, пару встреч назначил с оптовиками. Вдруг что-то интересное попадется по условиям.
- Удачи, - кинул я. Мы ударили кулаками как в американских фильмах, и Коля вышел из кухни. Когда за ним захлопнулась дверь, то девочка, закончив есть, спросила.
- Кто это?
- Кто? А... Коля? Мой школьный друг. Мы выросли вместе. Сейчас он живет здесь, в Москве. Это его квартира.
- Он богатый? - Вопрос поставил меня в тупик.
- Ну... Наверно, его можно считать богатым. У его отца большой дом, каждый год они отдыхают за границей. Он ездит на большой машине с мигалкой.
- Богатым быть хорошо. А ты богатый?
- Я? Нет. Не голодаю, но чтобы карманы ломились от денег - этого нет.
- Жаль. То есть одежду ты мне не купишь.
- Какая ты быстрая, однако, пигалица.
- Я не пигалица. Я - катенок.
- Котенок.
- Нет, кАтенок, через А. Я же Катя! - снова сделала акцент на букве А девочка.
- Хорошо, кАтенок, что будем делать с тобой? В милицию ты не хочешь, про родителей не говоришь, на улицу тоже тебе нельзя. Мне же работать надо. Я не могу с тобой возиться днями и ночами.
- А не надо возиться. Я самостоятельная. И тихая. Ты еды оставь и можешь идти. Я здесь побуду.
- И что ты будешь здесь делать?
- Найду, что.
Я задумался. Сейчас мне надо было засесть за компьютер, который остался в доме отца Николая. Или достать ноутбук для работы здесь. Меня ждала проверка сотен заданий, которые выполняли нанятые комментаторы. Кроме того, нужно было найти какой-то магазин одежды, чтобы купить костюм для офиса. Джинсы и майка, а поверх куртка-аляска - это хорошо, но не очень подходит для офиса и образа директора по коммуникациям.
- Так, собирайся. Пойдем. Мне нужна одежда, тебе тоже. По пути придумаю, что с тобой делать.
Я вызвал такси и через полчаса оно пробилось к нам через городские пробки. Спустя еще час и три тысячи рублей мы добрались до какого-то огромного торгового центра на МКАДе. Тысячи квадратных метров торговых площадей и две маленькие фигуры перед ними. Я взял внезапно оробевшую девочку в грязной рваной куртке за руку и повел в рай шоппинга.
Первым делом я нашел магазин детской одежды и попросил продавщицу полностью переодеть мне ребенка. Она посмотрела на меня, как на умалишенного, но Колина черная банковская карточка произвела на нее впечатление лучше всяких слов. Я своей картой так и не обзавелся пока, а старые порезал и выкинул еще в автобусе из Самары - боялся, что по ним меня могут вычислить. Да и не было там на счетах ничего.
Дальше было проще. На нас перестали пялиться, а когда переоделся и я, то мы превратились во вполне респектабельную пару - отец с дочкой - и взгляды, обращенные на нас, мигом сменились с минуса на плюс. С брезгливости и испуганного удивления на улыбки и одобрение. Всего лишь несколько дорогих шмоток хватило, чтобы из хипстера и бомжа получился внимательный отец с озорной дочуркой.
