Почти сутки в пути, с небольшими остановками на поесть и до унитаза в придорожных кафешках, совершенно меня измотали. Я использовал каждую возможность, чтобы выйти из душного, пропахшего потом салона автобуса и немного размять ноги. Каким-то чудом мы проехали без проверок все посты ДПС и, наконец, оказались в пределах МКАД. Автобус, хоть и приехал в пять часов утра, все равно попал в длинную пробку из грузовых машин. Из этой пробки мы перекочевали в пробку из автомобилей москвичей, добирающихся на работу, а потом в никогда не рассасывающуюся пробку в центральной части города.
Когда автобус открыл свои двери, я уже перестал надеяться, что мы когда-нибудь доедем. Тем приятнее было увидеть на стоянке знакомое лицо. Единственный человек, которого я знал в первопрестольной. Мой дорогой школьный товарищ, настоящий, а не поддельный Коля.
– Коляныч! – Я заковылял с открытыми объятиями навстречу товарищу – правая нога затекла от неподвижности в поездке.
– Женька!
Мы обнялись. С последней нашей встречи прошло много лет. С тех пор мы поддерживали только переписку в Сети. Коля поступил на очное отделение московского вуза и недавно его окончил. Его отец делал все это время карьеру то в коридорах профсоюзов, то правительства, а год назад перебрался в Думу, пройдя по федеральному списку самой крупной партии страны. Время от времени Коля сбрасывал мне фотографии с отдыха, на которых он то держал какую-то рыбу метровой длины, то нырял с аквалангом. Жизнь, очевидно, не била Николая по голове, предпочитая мягкое поглаживание.
Коля разомкнул объятия и пригласил меня широким жестом к своему автомобилю. Черный «Мерседес S500» с мигалкой. Жизнь чиновника в Москве обременена целым рядом приятных преимуществ.
– Как тебе? – спросил Коля, и только по его взгляду я понял, что он не об автомобиле, а о мигалке.
– Молодца! – одобрил я.
– Папина. Я у него вроде водителя. Конечно, думским мигалка не всем положена, но папаня у меня председатель комитета по информационной политике, кому надо шепнул, на кого надо надавил – и теперь на машинке вполне законный синий горшок. Помчимся без задержек!
Помчались и впрямь без задержек. Я с замиранием сердца следил, как Коля рулит на скорости по запруженным улицам Москвы. И все же только через час мы вырвались на Новорижское шоссе, чтобы еще минут через сорок свернуть к высоко огороженному участку за шлагбаумом.
– Папа сейчас больше живет на квартире. Дом поставили, но кроме садовника и домработницы в нем никто не живет. Оба из Молдавии, по-русски говорят, хоть и не очень хорошо – отвыкли, скоты, за время отделения от страны Советии. Ты их не смущай, они свое дело знают, общаться с гостями не приучены. Жратва в холодильнике, Интернет стомегабитный по оптическому каналу, две сотни каналов на телевизоре – ешь, спи, работай, одним словом, отдыхай. Никто тебя здесь не тронет. – По пути я рассказал Николаю о своих проблемах. – Я, к сожалению, составить компанию тебе не смогу, надо везти колесницу обратно в город. В общем, пойдем покажу твою спальню, представлю прислуге и поеду по своим делам. А поговорим позже, возможно, есть способ решить твои проблемы.
Гостевая спальня оказалась по размеру примерно как вся моя квартира в Самаре. Я с легким благоговением обошел ее вдоль и поперек, привыкая к размерам. Колин отец не поскупился на постройку жилища. Огромная кровать, ноутбук на столе темного дерева, телевизор с диагональю больше метра – хозяин не просто старался подчеркнуть свое богатство, он пытался показать, что не чужд и технических новинок. Стомегабитный Интернет, трехсотмегабитный вайфай, спутниковая антенна, подключенная к пяти провайдерам, сложная система охраны, автоматическая система управления поливом и открыванием ворот-дверей. Это был умный дом, замаскированный под особняк крупного чиновника.
Мирчу и Марта, хаусмастер и домработница, жили и работали как привидения. До вечера я успел поработать в спальне, потом переместиться в бассейн, оттуда – в гостиную с гигантским телевизором, и за это время только пару раз заметил Марту, которая тенью следила за моими передвижениями, чтобы убрать посуду и привести в порядок тот кусок пространства, где я был. Стоило мне отойти на час в другое помещение, вернувшись, я заставал все на прежних местах. Вряд ли Марта с такой же расторопностью следила за порядком, когда в доме находилось больше людей, но все же ее исполнительность приятно удивляла.
Поздно вечером позвонил Коля и сообщил, что приедет только завтра, чтобы поговорить о деле, о котором по телефону говорить не следует. Я невольно подумал, что ему удалось найти какую-то возможность разрулить мои проблемы с Сергеем и Владиславом. Но поскольку Николай предпочел обойтись без деталей, то оставалось только потерпеть до следующего дня, чтобы узнать все и сразу.