Люди отходили и тут же подходили новые. Но их никогда не было достаточно много. И в то же время слишком мало их тоже не было, я так до сих пор и не смог увидеть, что же они там рассматривают. Через минут пятнадцать неудобные брусья скамейки ставил впиваться мне в зад, так что я решил поменять дислокацию. Да и, если честно, мне хотелось выпить — а ближайший магазин был аккурат на другой стороне площади, за памятником.
В этот же момент люди, насмотревшись неизвестного мне действа, стали расходиться. Когда зевак почти не стало, я увидел, что в центре была девушка с тетрадкой и плакатом. Какой-то пикет — подумал я, проходя мимо памятника. И в этот момент наши глаза пересеклись.
— Аня?!
— Привет, — тихо сказала она — А я думала, позвонить тебе или нет, коли я заехала в этот город. Но не решилась. Извини, что я тогда изчезла так внезапно — у меня были причины. Пойдем к тебе?
Я стоял не в силах произнести и слова, а в голове крутилась мысль: «Ну почему я не пошел сразу в магазин за шампанским? Был бы уже дома за столом и праздновал большое событие в своей жизни.»
— А я скоро отцом стану, — почему-то сказал я, не отрываясь от взгляда Анны — он затягивал меня как водоворот. Кружилась голова.
— Да? — Девушка улыбнулась. — Как все меняется. Я почему-то думала, что ты… никого не найдешь. Постоянного. Женился?
— Нет, но это мысль, — я начал постепенно брать себя в руки. — В кафе?
— Давай.
Рядом с магазином, куда я собирался заскочить, находилось небольшое подвальное кафе. Я заказал нам по кофе, Анне еще и мороженого. Сам, помешивая ложечкой давно растворившийся сахар в чашке, просто сидел и смотрел, как она ест.
Какими судьбами в городе?
Да вот, участвую в сборе подписей за спасение Актарского заповедника.
Чего?
Небольшой заповедник на Урале — его хотят затопить под водохранилище для новой электростанции. Пока все на стадии проекта, так что надо дать понять, что мы против такого варварства!
Мы — это кто?
Мы — это ты и я, и вообще каждый неравнодушный россиянин, — прозвучало это так, словно мы были на выборах в местный горсовет.
Я-то уж точно равнодушный.
Не говори так, ты — хороший. Я же знаю. Милый и надежный.
Да ладно.
Давно уже живете вместе?
С кем? Ах да, с Оксаной. Живем не так уж и давно. Встречаемся — несколько месяцев.
Молодец…
А ты?
Я? Я — свободная птица. Я со всеми и одновременно ни с кем. Никого постоянного, если ты это имел в виду.
— Надолго к нам?
Нет. На пару дней. Как почувствую, что уже никому не интересна, сразу уеду, — она посмотрела на меня.
Зазвонил мобильный. Я глянул на экран — Оксана, встал из-за стола и вышел в коридор.
— Да?
Ты где? Все в порядке? Я волнуюсь!
Все хорошо, милая. Новость большая, так что я немного задумался и проскочил магазин. Скоро буду дома.
Хорошо. Женя?
— Да?
Возьми еще сливок — у нас кончились.
Да, возьму.
Я вернулся за стол. Почему-то после звонка разговор не клеился — мы оба молча стали пить кофе.
Я одного не понимаю, — наконец, решился я.
Почему я ушла? — Анна откинулась на кресле и стала рассматривать свои коротко постриженные ногти. — Иногда бывают обстоятельства, которые сильнее нас. И они не всегда приятные. Мне пришлось срочно уехать в Самару. Но я не могла уехать и оставить тебя без прощания. Тем более, что я знала, что мне нужна твоя энергия. Ты очень сильный, но не все это видят. А для меня ты словно светишься. Так что все, что я могла — это оставить кусочек себя и забрать кусочек тебя.
Почему ты ничего не сказала мне? Я же места себе не находил.
Потому что ты бы мог поехать за мной. А в данном случае мне это только осложнило бы дело. Сейчас все в порядке. Но время все меняет. Ты женишься, я… вот, подписи собираю.
Анна, понурившись, замолчала. Я тоже не находил, что еще сказать. Девушка подяла голову.
Я боялась только одного — что ты меня возненавидишь.
Ты с ума сошла!
Вот и отличо. Была рада повидаться. Я пойду, — Аня резко поднялась. Я тоже вскочил. Она посмотрела на меня, прищурив глаза, и вдруг резко обхватила мою голову и поцеловала в губы. Я ответил, но когда мои руки потянулись ее обнять, то она резко отстранилась.
Извини, это было на прощание, — она подняла плакаты, закинула на плечо свой рюкзак и быстро пошла к выходу. Я опустился на кресло, вздохнул, а потом пальцем показал официанту, чтобы он подал счет.
Дома я ничего не стал рассказывать и объяснять. Да меня и не спрашивали — просто приняли из рук продукты и оставили в покое. Порой мне кажется, что женщины намного умнее мужчин — они почти всегда чувствуют, когда надо дать паузу в словах.
Я месяцем ранее купил себе кожаное кресло — большое, белое, вращающееся, на металлической треноге, любой директор помер бы от зависти. Я забрался в кресло, поджав ноги, так что подбородок упирался в коленки, и тупо смотрел на экран. Так уж получается, что какие-то решения я принимаю после длительных периодов безмыслия. Не умею я мучаться и заниматься исканиями — просто смотрю в одну точку, а потом ниоткуда приходит решение.
Через десять минут я спустил ноги и создал около десятка тем на разных форумах. Все закрутилось.
