— Генерал, в нынешних нестабильных условиях только один из механизмов сумел достичь внешней оболочки «Радужного шторма», — поспешно отрапортовал тот, будучи в душе уверенным, что подобного рода новости непременно аукнутся ему в ближайшем же будущем. — Однако он подвергся атаке и был уничтожен астромеханиками. Устройство слежения поставлено, но из-за повреждения в ходе установки мощность сигнала сильно снизилась. Радиус действия ограничен парой парсеков.
Отреагировать на неприятные известия каким бы то ни было образом Хакс не успел.
Один из перехватчиков приблизился к шаттлу, едва не пересекая зону действия дефлекторного щита. И тут же взорвался на глазах у всего командного мостика. «Ипсилон» затрясло. Несколько крупных обломков, отброшенные взрывной волной, врезались в боковую часть корпуса, оставив кое-где существенные вмятины. Хакс бросился к панели управления, крича пилотам, чтобы они немедленно разворачивали корабль, хотя те и без его приказов делали все, что только могли в максимальной спешке.
Секунду спустя «Радужный шторм» растворился в гиперпространстве.
Пилот единственного уцелевшего перехватчика констатировал практически полную потерю мощности, в связи с чем, по примеру своего товарища, запросил разрешения на аварийную посадку.
Видя, что операция проиграна, хотя и проиграна достойно — ровно настолько, насколько поражение в целом можно считать почетным, и насколько достойной может быть победа, предпосылки к которой изначально являлись несомненными, — генерал распорядился отступать. В первые же мгновения сигналы дружественных СИДов исчезли с радаров, оставив лишь те корабли, которые по причине поломки были вынуждены задержаться на опустевшем Ди’Куаре.
Хакс приказал пилотам вывести шаттл на орбиту одной из соседних планет. Он опасался переходить на сверхсветовую, оставляя без помощи своих людей, которые могли повторить печальный удел Рена. Впрочем, по его разумению, бунтовщики едва ли станут задерживаться ради перспективы прихватить с собой в качестве пленников пару обычных пилотов, тогда как главной их целью является поскорее убраться восвояси.
В последовавшей около часа спустя беседе с главной базой Первого Ордена Дофельд Митака обещал выступить навстречу изрядно потрепанной эскадрилье на тяжелом крейсере «Хищник», выделенном ему специально для этой цели, чтобы подобрать пострадавшие корабли и, в первую очередь, шаттл генерала. Мятежников к тому времени, разумеется, и след простыл.
Еще через полчаса стандартного времени на связь вышел лично Верховный лидер. Хакс, собрав остатки самообладания, отчитался о ходе минувшего боя.
Сноук выслушал его с крайним вниманием, после чего уточнил, сколько было кораблей у противника, и как Сопротивление отреагировало на выставленное Первым Орденом требование возвратить им пленника. Выслушав ответ, Верховный покивал головой с выражением истинного довольства, которое на изуродованном лице Сноука всегда казалось Хаксу почти сверхъестественным. Генерал счел самым приемлемым толкованием подобной реакции что-то вроде: «Да, да, похоже, что Кайло и впрямь у них, и что они всерьез рассчитывают совладать с его мощью».
— Вы отлично справились, генерал, — заключил Сноук.
Эта фраза заставила Хакса растеряться. Ведь он не сумел выполнить ни единой поставленной перед ним задачи — ни освободить Рена, ни проследить за руководством Сопротивления (поскольку ограниченный сигнал установленного на корвет маячка мало помогал делу).
— Но Верховный лидер…
Разумеется, генерал ценил похвалу в собственный адрес. Однако и ошибки свои умел разглядеть весьма трезво.
Конечно, можно было рассчитывать на вероятный «Тысячелетний сокол», но даже если этот корабль — и вправду тот, что и предполагал генерал, какая может быть гарантия, что старое кореллианское судно вновь не затеряется среди тупых дельцов, вроде Хана Соло?
Сноук оборвал его. На тонких, почти безжизненных губах Верховного была заметна полная скрытого смысла полуулыбка.
— Ни слова более, Хакс. Приезжайте сюда — и мы обсудим, какой награды вы достойны.
На этом связь оборвалась.
Хакс, пораженный, запоздало выразил согласие кивком головы, подумав лишь, что Верховный лидер обычно не склонен к иронии в разговоре с подчиненными. А если такие случаи все же происходили, то чутье, как бы то ни было, подсказывало генералу, что нынешний разговор едва ли можно к ним отнести.
========== V ==========
Комментарий к V
Спорная глава. Слишком безответственная, на грани OOC-ности Лея, Кайло с явными аутистическими чертами, эхо «Bloodline» и СОПЛИ. Много-много соплей. Я предупредила.)
Лея, восседая в кают-компании на борту «Радужного шторма» среди самых доверенных лиц, глухо, не сбиваясь, рассказывала.
