Неподалеку от берега друзья без особого труда обнаружили «Тысячелетний сокол». Вернее, обгоревшие обломки, бывшие некогда легендарным звездолетом, который срезал дугу Кесселя всего до двенадцати парсеков. Теперь он представлял собой бесформенную груду металла, искореженного, судя по всему, мощью какого-то взрывного устройства. На остатках внешней обшивки — там, где налет копоти был меньше, чем в других местах — чернели широкие полосы следов от выстрелов, по которым можно было распознать бластерные винтовки Е-11 — традиционное оружие штурмовиков еще со времен Империи.
Наполненный горем стон разнесся кругом. Сквозь плотно сжатые зубы По отчаянно зарыдал. Его колени резко опустились в прибрежный песок, а лицо, устремленное к морю, покраснело от слез.
Разум Дэмерона никак не мог постичь мотивы служащих Первого Ордена, оправдывающие мерзость их поступков. Как могут люди с таким холодным жестокосердием разрушать, уничтожать, втаптывать в грязь всех и вся? Ведь это люди! Сама природа их разума положила им нести, в отличие от более примитивных существ, созидание и процветание. Почему же высокомерие, прикрываясь благородными целями, позволяет им доходить до такой ужасной низости, презирая всякие понятия о святом и незыблемом?
Несмело подкатив к хозяину, BB-8 уткнулся ему в бок в безнадежной попытке поддержать и утешить.
По все рыдал, безотчетно предаваясь болезненному ритуалу очищения, прежде чем исполнить свою основную — как теперь выяснилось, самую ужасную обязанность.
Он намеревался узнать, что стало с девушкой. А для этого ему нужно было перво-наперво осмотреть то, что осталось от прославленного звездолета, чтобы знать, не находились ли пилоты внутри, когда солдаты Первого Ордена расстреляли и взорвали «Сокол». В этом случае среди обломков должны отыскаться тела — вероятнее всего, разорванные взрывом и обгоревшие до неузнаваемости; и все же, какие-то останки, если только экипаж «Сокола» в самом деле был предан казни, обнаружатся непременно.
У По оставалось не так уж много времени, поскольку закат неуклонно догорал, солнце удалялось за горизонт. А заниматься поисками — тем более, поисками такого рода — лучше всего при каком-никаком, а дневном свете.
Когда Дэмерон почувствовал себя готовым сделать то, что должен был сделать, он поднялся из прибрежного песка, взметнувшись на ноги, и душа его как бы воспрянула из праха. Слезы сделали свое дело; остальное завершила соленая морская вода, которой молодой пилот наскоро сбрызнул себе лицо, решив, что ему не помешает освежиться, чтобы прийти в себя. И только потом, развернувшись, направился к пепелищу «Сокола».
Убедившись, что внутри нет ничего похожего на останки живых существ, По сперва испытал лишь сумасшедшее облегчение. Теперь у него, во всяком случае, был повод верить и надеяться, что Рей и Чуи остались живы. Но сразу за облегчением пришла новая тревога: если солдаты Первого Ордена не тронули девушку и вуки, они, скорее всего, забрали их с собой. Дэмерон, который сам прошел через ужас плена, не представлял, что может быть хуже. Даже мысль о смерти пугала его не так сильно, как воспоминания о допросе, на котором «монстр в маске» выжал из него все соки.
Но ведь Рей чувствительна к Силе. Как-то она упоминала, что смогла противостоять ментальному натиску Рена (кажется, этот разговор происходил под дверью медицинского отдела на Ди’Куаре, где они оба несли дежурство, беспокоясь о здоровье Финна; и ее нежная головка в тот момент лежала на его плече, а глаза понемногу слипались). Воспоминания вызвали у По теплую улыбку. Нет, бессердечным ублюдкам из Первого Ордена не сломить такое создание, как Рей. Эта изумительная девочка соткана из невидимого глазу сияния чистоты, доброты и твердости; она оказалась не по зубам Кайло Рену, и точно так же даст отпор любому темному одаренному, который осмелится протянуть свои щупальца к ее сознанию. По крайней мере, в этом Дэмерон был уверен. Он, должно быть, действительно не на шутку влюбился.
И все же, его уверенность не отменяла обеспокоенности за ее судьбу. Ведь если за свой разум Рей и сумеет постоять, это не избавит ее от физических мучений, по части которых палачи Первого Ордена были весьма отменны — их мастерство По тоже довелось испытать на собственной шкуре, правда, в течение непродолжительного времени. Сейчас, вспоминая свое пребывание на «Финализаторе», Дэмерон вовсе готов был ставить на то, что Кайло, исходя безумным стремлением поскорее разузнать, что стало с фрагментом карты, в агонии нетерпения поторопился выгнать умельцев-допросчиков вон, чтобы заняться пленником самостоятельно, хотя те еще не успели толком «разогреться».
Воображать «малышку-Рей», вновь оказавшуюся в железных тисках пыточного кресла, было невыносимо.
По взялся раздумывать, как ему поступить. Первым делом стоит отправить отчет генералу Органе. А после — осмотреть окрестности.
