Памятуя о приказе Верховного лидера, который разрешал открыть огонь лишь в случае, если потребуется ответить на атаку врага, он сейчас же велел активировать системы связи и послать сигнал боевой готовности дожидавшимся истребителям. Хакс имел все основания полагать, что мятежники непременно начнут стрелять, как только заметят неприятельские корабли. А скрываться далее он смысла не видел — прежде всего, потому, что происходящее как нельзя лучше напоминало повсеместное бегство, то самое, которое ему, Хаксу, вверялось в обязанность если не пресечь начисто, то хотя бы некоторым образом отсрочить.
— Свяжите меня с резиденцией Верховного лидера, — приказал он, уверенный, что эта ситуация — как раз из разряда тех, о которых Сноук велел «немедленно доложить».
Ответом на краткое сообщение генерала о выходе войск Сопротивления на орбиту планеты послужил самый очевидный в данных обстоятельствах приказ истребителям приготовить орудия к бою. А «Ипсилону» следовало связаться с флагманом бунтовщиков, чтобы передать незамысловатые требования Первого Ордена относительно Кайло Рена.
Хакс тотчас отдал необходимые распоряжения.
Вражеские звездолеты появлялись в зоне видимости радаров один за другим. Помимо истребителей, которых наблюдалось до четырех десятков, бойцы Первого Ордена уловили сигнал печального знакомого Хаксу крейсера мон-каламари «Эхо надежды» и не менее известного корвета CR90 генерала Органы — «Радужный шторм».
Пилоты подвели шаттл ближе к крупным кораблям. Тогда бывший командующий «Старкиллером» приказал запросить связь с корветом.
— Генерал, — прокричал он в динамик тотчас же, как только противник отозвался.
— Хакс, это вы? Что вам угодно? — судя по голосу, говорил майор Иматт.
Хакс на секунду отвел взгляд, борясь с чувством досады. Этот человек, боец старой закалки, с необыкновенной выправкой и титаническим взглядом, чьи волосы покрыты благородной серебристой изморосью, а шаг всегда тверд, равно как и его принципы — словом, тип, до ужаса неприятный, — вызывал у еще молодого, амбициозного и, в целом, по натуре гибкого генерала резкую неприязнь.
Наконец, совладав со своими чувствами, Хакс как можно более вежливо проговорил:
— Майор, советую вам выслушать нас, если не желаете напрасной гибели ваших людей. У нас здесь два десятка истребителей и на подходе звездный разрушитель типа «Возрожденный», — генерал позволил себе немного блефа, чтобы впечатлить врага, хотя на деле никакой дополнительной поддержки Верховный ему, как помнится, не выделил, вероятно, рассудив, что с нехитрой задачей слежки и запугивания Хакс должен справиться уже имеющимися у него силами. — Мы не хотим жертв и позволим вам уйти, если вы исполните наши требования.
Поначалу динамик молчал, словно мятежники в это время раздумывали. Возможно, даже совещались между собой. Хакс с уверенным видом ожидал итога.
— Чего вы от нас хотите? — вопросила, на сей раз, женщина. Генерал Органа.
— У нас есть основания полагать, что на борту одного из ваших судов находится ученик Верховного лидера, магистр рыцарей Рен. Освободите пленника — и сможете беспрепятственно покинуть систему.
На сей раз, пауза тянулась куда дольше.
— Нет, генерал, вы его не получите, — отвел Органы прозвучал очень, даже слишком категорично, хотя предшествовавшее затишье давало Хаксу повод надеяться на мирный исход.
Трудно сказать, принадлежали эти слова суровому руководителю Сопротивления, или всего-навсего надменной родительнице. Впрочем, вникать в тонкости их семейных отношений нисколько не входило в планы Хакса, тем более, в этот момент.
— Генерал, будьте благоразумны, — Хакс немного повысил голос, однако экипаж корвета уже оборвал связь.
Беззвучно выругавшись, младший из державших недавний разговор генералов скомандовал истребителям готовиться к бою.
Первостепенной целью Хакс назвал «Радужный шторм», полагая, что с наибольшей вероятностью Рена должны держать именно на борту корвета, хотя и упомянул, чтобы никто из пилотов не мыслил повредить основные двигатели, или того хуже, системы жизнеобеспечения корабля. С невозмутимым видом, лучше всего свидетельствующим о непредвзятости его слов, Хакс заметил, что ошибка может дорого обойтись всей эскадрилье, и экипаж «Ипсилона» в полном составе — отнюдь не исключение.
— Главная задача лишь напугать врага, убедить его в том, что преимущество на нашей стороне и заставить выполнить упомянутые нами требования, — генерал объяснял очевидные истины с видом школьного учителя. Хотя в действительности сам никак не мог разглядеть в инструкциях Верховного никакого четкого плана. — Если не выйдет, то хотя бы не позволим бунтовщикам скрыться бесследно, попробуем отправить разведчиков, проследить их маршрут.
Эфир отвечал ему размеренными голосами, произносившими коротко: «есть, сэр» и «будет исполнено».
