— Он пытается вывести вас из себя, сломить вашу нервную систему, — предположил я. — Если он вас арестует и предъявит обвинение, то газеты сразу потеряют к вам интерес. Поэтому он выжидает — может быть, кто-нибудь что-то припомнит, а вы из-за этих газетных инсинуаций к тому времени сломаетесь и наговорите на себя. Мне даже кажется, что он не против утечки информации — пусть газетчики раскопают сами место, где были найдены останки, — и только тогда он сделает официальное заявление. Я не удивлюсь, что он уже выдал пару намеков на этот счет, — вполне в его духе.
Гарри развернул машину в направлении Ридинга, выбрав дорогу, лежащую через холмистую местность и ведущую к Квиллерсэджским угодьям. Меня это несколько удивило, но прямого вопроса я не задал.
— Вчера, — с горечью в голосе сообщил он, — Дун спросил меня, во что была одета Анжела Брикел. Об этом же писали все газеты. Он также спросил меня, сама ли она, без принуждения, раздевалась. Я готов был удушить его… Боже, что я говорю?
— Мне сесть за руль? — спросил я.
— Что? О, да. Мы чуть не врезались в столб… Я не заметил его. Нет, со мной все в порядке. Действительно, я в норме. Фиона говорит, чтобы я не поддавался на его запугивания, она была прекрасна, просто великолепна, но он пугает меня, и я ничего не могу с этим сделать. Он задает свои убийственные вопросы таким невинным тоном… «А раздевалась она без принуждения?» Что я мог ответить? Меня же там не было.
— Вот вам и ответ.
— Он не верит мне.
— Он не уверен. Что-то его беспокоит.
— Лучше бы он беспокоился о спасении своей души.
— Его преемник может быть хуже. Признание для него может оказаться выше правды. Дун, по крайней мере, попытается докопаться до истины.
— Неужели он вам приятен? — сама эта идея была ему не по душе.
— Скажите ему спасибо. И радуйтесь, что пока еще на свободе, — посоветовал я и после паузы перевел разговор на другую тему. — Почему мы едем этим путем?
Мой вопрос удивил его:
— Естественно, чтобы попасть туда, куда мы едем.
— Значит, это не просто прогулочное путешествие?
— Нет.
— Вокруг нас расстилаются угодья Квиллерсэджа, — сказал я.
— Полагаю, что так, — мрачно согласился Гарри и сказал: — Боже милостивый, мы постоянно ездим по этой дороге. Я имею в виду, что из Шеллертона в Ридинг все ездят этой дорогой. Естественно, если нет снежных заносов.
По обеим сторонам шоссе виднелись мокрые после вчерашнего дождя деревья с опавшими листьями, и, хоть леса были смешанными, даже ели и сосны в эту зиму выглядели уныло. В некоторых местах угодья были помечены столбиками и обнесены заборами с проволокой; мелькали знаки: «Проезд запрещен». Отдельные участки леса были усажены молодыми елочками, и я подумал: пять ярдов вглубь — и с дороги тебя уже никто не заметит. Только имея серьезные намерения, я бы рискнул продираться через эти запутанные ветви — места не для послеобеденных прогулок.
— Эти угодья простираются на многие мили, — сказал Гарри. — Это только их западная окраина. Место, где они нашли Анжелу, было ближе к Баклбери.
— Откуда это вам известно?
— Черт возьми, это же было во всех газетах. Теперь вы во мне сомневаетесь? — Мой вопрос вывел его из равновесия и рассердил, однако ненадолго. Он вновь смиренно покачал головой и продолжил: — То же самое спросил меня и Дун. Откуда мне это известно? Да из местных газет, которые напечатали карту, вот откуда: Лесник пометил место находки знаком «х».
— Я в вас не сомневаюсь, — возразил я. — Если бы я в вас усомнился, мне пришлось бы пересматривать мое отношение к людям вообще. Относительно вас у меня нет сомнений.
— Значит, вотум доверия я получил?
— Да.
Мы довольно долго ехали по каким-то неизвестным мне дорогам, проезжали какие-то деревушки, словом, наш путь лежал в одному дьяволу известную преисподнюю. Гарри, однако, тоже знал ее местоположение и, миновав полуразрушенные ворота, свернул на унылую пустынную улочку, которая вывела нас к большому осевшему амбару, являвшему собой груду ржавого железа и деревянного хлама. За притулившимся рядом сарайчиком виднелась струившаяся лента серой воды, уходившая к высящимся на горизонте покрытым лесом холмам.
— Куда это вас занесло? — спросил я, когда Гарри остановил машину посреди этого безрадостного пейзажа.
— Перед вами Темза, — ответил Гарри. — Судя по всему, она после этих дождей и снегопадов вышла из берегов. Мы находимся в двух, шагах от плавучей резиденции Сэма.
— Вот эта? — Когда Сэм говорил о своей лодчонке, он явно скромничал.
— У этого ковчега есть специальное. Предназначение, — пояснил Гарри. — Уже в течение полутора лет мы приезжаем сюда на пикники, которые Сэм устраивает в те дни, когда он выигрывает забег. В последний раз это было нечто… Одна из самых удачных вечеринок…
Погрузившийся было в непонятные для меня воспоминания Гарри неожиданно смолк, на лбу его я заметил капельки пота.
— Отчего Вы так нервничаете? — поинтересовался я.
— Со мной все в порядке. — Это была очевидная ложь. — Пойдемте. Мне хочется, чтобы рядом со мной просто кто-нибудь был.
— Хорошо. Куда будем держать путь?
