Испытание полностью

К сожалению, его стратегия оказалась успешной. Это Бардуун заставил Хана испытать боль от сломанного большого пальца, «проигранного» при хитроумном обратном блефе. А потом ещё дважды Хан сбрасывал карты при отличном счёте, после чего обнаруживал, что ставка Бардууна была ничем иным, как бахвальством. Но с абсолютным нулём на руках выбора у Хана не было. Когда очередь делать ставку дойдёт до него, ему придётся снова сбросить карты.

Марвид Креф, сидевший между Ханом и Бардууном, сказал:

— Поднимаю.

У Хана отвисла челюсть. Марвид играл не так робко, как его брат, но, заработав два болезненных проигрыша Бардууну, он ещё меньше, чем Хан, имел основания бросить вызов… ну, тому, кем там стал Бардуун. Если Марвид подтверждал ставку на выжженный глаз, у него должен был быть на руках хотя бы чистый сабакк, а может быть, даже Расклад Идиота.

Марвид повернулся к Хану.

— Я поднимаю до ответа на вопрос: кто подстрелил Маму?

Бардуун нахмурился.

— Вопрос — это не повышение. — Он повернулся к Гев, которая, будучи крупье, должна была быть и главным арбитром по всем вопросам касаемо правил. — Это даже не ставка. Мы играем на боль, а не на ответы.

Брошенный вызов заставил глаза Марвида сузиться до злобных овалов.

— Есть много видов боли, Бардуун. — Говоря это, он не сводил глаз с Хана. — Некоторые ответы причиняют сильную боль.

Гев кивнула.

— Я приму это, — сказала она. — Ставка в силе.

— Я согласен, — кивнул Хан, думая, что, возможно, настало время блефовать. Наконец-то он понял, что Крефы были отпрысками информационной торговки-колуми, у которой он когда-то консультировался на Орд-Мантелле. Судя по всему, он был её последним клиентом перед тем, как кто-то прострелил ей голову из бластера. Естественно, Крефы выросли, обвиняя в случившемся Хана. — Но ты уверен, что хочешь поставить именно это, Марвид? Возможно, тебе стоит сначала спросить у Крейтеуса. Я уже говорил тебе: я не стрелял в твою мать.

— Я спрашиваю не об этом, — ответил Марвид. Его лицо напряглось от обиды, и Хан решил, что его стратегия разжигания вражды между братьями всё ещё работает. — Я спросил, кто это сделал. Есть ли какая-то причина, по которой ты не хочешь говорить мне то, что знаешь?

— Ага, — сказал Хан, решив подбросить небольшую приманку. — Не могу быть уверен.

— Бросьте, капитан Соло. Наши правила гласят, что достаточно и добросовестной попытки. — Марвид посмотрел через стол на крупье. — Не так ли, командир Гев?

Гев кивнула.

— Таковы правила, — подтвердила она. — Пока ответ не запускает процедуру обнаружения лжи, наилучшие предположения засчитываются.

Хан задумался. Марвид, вероятно, переигрывает Бардууна, но такие ставки начинали пугать его, а это означало, что ждать, когда колуми сбросит карты, оставалось недолго. Хан заговорщически ухмыльнулся через стол Крейтеусу, затем вновь посмотрел на Марвида.

— В таком случае, — сказал Хан. — Я вновь поднимаю ставку.

На лице Марвида отразилось сомнение, и Хан понял, что у того не было ничего лучше чистого сабакка, возможно, даже отрицательного сабакка. Оба результата, разумеется, превосходили абсолютный ноль Хана, но Хан больше играл не своими картами. Теперь он играл Марвидом и был почти уверен, что выигрывает. Хан снова взглянул на свои чип-карты, а затем зафиксировал общий счёт своего расклада на нуле, бросив все три карты в стазисное поле.

— Я хочу задать джедаю Сорок — той, что настоящая — вопрос. — Хан повернулся, чтобы посмотреть в иллюминатор, из которого открывался вид на пыльную чёрную равнину, настолько идеально плоскую и не тронутую ударными кратерами, что она наверняка была создана высокоразвитой расой разумных существ. — Я хочу знать, находится ли это место на Монолите Мортиса.

Силовой костюм Крейтеуса зашипел и наклонился вперёд.

— Разве мы похожи на Семью, капитан Соло?

— Да не очень, — ответил Хан, отведя взгляд, чтобы подумать.

У Крефов явно было достаточно времени, чтобы допросить Охали о задании, которое получили рыцари-искатели, поэтому не было ничего удивительного в том, что Крейтеус упомянул Семью. А вот что Хана действительно удивило, так это то, что Крефам, похоже, было всё равно, построили ли они «Базу-Прайм» на Монолите Мортиса. Хан не был экспертом в вопросах, связанных с Силой, но он знал достаточно, чтобы понять, что размещать лабораторию в месте, обладавшем такой мощью, было бы всё равно, что возвести дом на вершине действующего вулкана, чтобы пользоваться бесплатным теплом.

Что, конечно же, не отрицало того, что Крефы могли именно так и поступить. Они были достаточно высокомерны, чтобы думать, будто способны использовать вещи вроде Монолита Мортиса и контролировать опасности, которые они даже не могли осознать. Или, может быть, Хан совершенно неправильно истолковал ситуацию. Может быть, Крейтеус не беспокоился, потому что уже знал, что это не Мортис.

Был только один способ выяснить.

Хан снова повернулся к Марвиду.

— Но это моя повышающая ставка. Если хочешь знать, кто подстрелил Маму, позволь мне спросить Охали, Мортис ли это.