Истинное лицо – одно из самых опасных дарований. Тот, кто владеет им, может распознавать настоящие лица людей. Он способен видеть сквозь тканевые маски. Это опасно прежде всего для монарха и Верховного Совета.
– Истинное лицо само по себе не представляет опасности, – говорю я, пытаясь защитить Ярруша.
И тогда мне все становится ясно: аналог истинного лица – провидец. Как в случае с женой монарха и ее сестрами, эти две силы можно объединить. Но это работает только с братьями и сестрами, если у одного есть дар истинного лица, а у другого дар провидения.
– Я – провидица, – выдаю я, задыхаясь от этого осознания. Вот почему я так хорошо чувствую души людей. Их страхи, их желания. Все, что они скрывают.
– Нет, – снова отрезаю я, когда Киран собирается что-то сказать. Я отступаю и роняю окровавленный нож. Рана Теневого мага мгновенно затягивается – это еще один из его многочисленных даров.
– Поэтому ты и защищаешь меня? – спрашиваю я почти разочарованно.
Я не знаю, почему так злюсь. На что я вообще надеялась? Это глупо. Но да, я чувствую разочарование, гнев и страх из-за того, что Киран так много знает о моей жизни. И о Ярруше.
– Именно, – отвечает он так, словно это ничего не значит.
– И мы тебе нужны?
– Нужны, – снова подтверждает он.
– Для чего?
– Это, дорогая Сари, я, к сожалению, не могу тебе рассказать.
– Ненавижу тебя! – плюю я ему прямо в лицо и хочу убежать, но Киран хватает меня за руку и держит железной хваткой. Боль проходит по моим венам, и все же среди боли есть и тепло. Тепло, которое согревает мои замерзшие конечности и заставляет их расслабиться.
– Я пожертвовал слишком многим ради того, чтобы ты была рядом со мной. Не смей сбегать.
– Оставь меня в покое! – кричу я изо всех сил. Я не позволю Кирану использовать себя. И особенно Ярруша. Я должна была понять все раньше. Киран принадлежит монарху. Чего я ожидала?
– Поэтому ты целовал меня? Поэтому ты был со мной прошлой ночью? Что ты хочешь от моего брата? Ты хочешь выдать его монарху?
– У меня нет серьезных платонических пристрастий к тебе, Сари. Если это тебя интересует.
Я смотрю на Кирана во все глаза.
– Что у монарха есть против тебя? И что ты собираешься сделать с нами?
Вопрос, кажется, застает Теневого мага врасплох, потому что он отпускает мою руку и задумчиво смотрит на меня.
– Ты уже это знаешь.
Я замираю. Конечно. Он думает, что я давно увидела это в его душе. Но я понятия не имею, как искать в ней ответы.
– Ты не знала, я прав?
Мои зубы стучат от ярости.
– Нет, – шиплю я. – Я не знала. Я не встречала того, кто бы мог мне это объяснить. Меня к такому не готовили.
Обида звучит в моем голосе, но мне уже давно безразлично, понимает ли Киран, насколько я слаба и сломлена. Он знает, что без него я бы уже давно умерла и на самом деле живу только ради Ярруша. Даже не ради себя.
– Тебе стоит потренироваться, – внезапно меняет он тему. – Прежде всего научись скрывать свою сущность. Медиса и Ред помогут тебе в этом.
– Я…
– Не упрямься, как капризная маленькая принцесса, – осекает от меня. – Когда монарх узнает о твоем даре, он поймет, что у тебя есть младший брат. А потом пошлет солдат в вашу хижину и…
– Все в порядке. – Я делаю шаг навстречу Кирану. Он настолько огромен и силен, что мне страшно от собственной дерзости.
– Что у него есть против тебя? И до того, как ты прочитаешь мне лекцию о том, что я сама могу узнать это, я тебе скажу, что предпочитаю честность копанию в чужой душе.
На секунду Киран приподнимает брови, а затем одобрительно кивает, и мне в нос ударяет запах ночи и чего-то горелого. Почему рядом с Кираном мне всегда кажется, что я дома и в безопасности? Когда я чувствую его почти родное тепло и вдыхаю его знакомый запах, которым хочу дышать вечно?
– Каррис владеет моим прошлым.
Я застываю, потом моргаю, чтобы прийти в себя, отвлекшись от запаха, и смотрю в темные глаза Кирана, неожиданно грустные глаза. Их радужка блестит в ярком свете луны.
– Всем? – спрашиваю я, потому что не вижу смысла выяснять, как именно монарх этого добился. Вероятно, у Кирана нет воспоминаний. Несмотря на все его дары.
– Когда-то я подчинялся Калипару, – спокойно и размеренно продолжает он. – Это одно из немногих воспоминаний, которые у меня остались. Марукк и другие короли обхаживали меня после того, как купили на невольничьем рынке. Они посылали меня к Праведницам и Теневым магам каждого королевства, чтобы те наделили меня своими дарами. Так я собрал все, что смог, и стал орудием королевской власти. И когда все короли умерли, я стал орудием Марукка Карриса.
Я с трудом сглатываю и пытаюсь подавить сострадание к Кирану. Он убийца.
– Мне было восемнадцать, когда король купил меня, и после этого я получил дар, который не позволяет мне стареть.
– И теперь у монарха есть все твои воспоминания? – спрашиваю я.
Киран кивает.
– Он собрал их при помощи торговцев рыбой и настоем, чтобы в дальнейшем использовать против меня. Он забрал все воспоминания о том, что было до того, как меня купили. Память о моей семье, о моей жизни. Может быть, даже о друзьях.
