— Зато навели порядок на столе — испортили мою гармонию, — печально ответила девушка. Отошла от любимого и заглянула в шкаф, где должен быть склад ее школьных принадлежностей. Разочарованно отметила: — И здесь тоже порядок.
Достала и протянула мужчине альбомный лист — черно-белый рисунок.
— Тот, кто наводил здесь порядок, положил это сверху.
Макс взял лист…
— Похоже, это я, — с улыбкой предположил учитель. — Такой влюбленный взгляд может быть только у меня!
Девушка стояла на расстоянии вытянутой руки от него и смотрела на любимого ласково и внимательно.
— Нет, на этом рисунке ты мне говоришь: «Мне жаль, что ты влюблена в меня, между нами никогда ничего не будет».
— Какая чушь! — возмутился Макс. — Разве я мог такое сказать?!
Взял ее за плечи и подвел к большому напольному зеркалу в углу комнаты.
— Взгляни на эту девушку. Думаешь, в мире найдется мужчина, который не захочет ее?
Наташа посмотрела. Стройная и красивая. А вроде бы, ничего необычного: черные брючки с заниженной талией, узкие на бедрах и расклешенные книзу; бледно-голубая кофточка в обтяжку, вырез, подчеркивающий грудь — смелая деталь; длинная прямая прядь волос… Лицо… Все говорят, что красивое. А сама Наташа считает свою внешность вполне стандартной. «Просто я слежу за собой! Не позволяю себе выглядеть неопрятно», — говорила она Максиму в крохотной темной кафешке пару лет назад. А он проводил пальцами по ее губам, нежно и даже чуть-чуть щекотно, и любовался ею, даже не пытаясь это скрывать… Да, губы — вот что, действительно, красивое. Пухлые и сексуальные. Наташа именно поэтому никогда не пользуется цветной помадой — иначе выглядит вульгарно. Мужчина за ее спиной, обняв за плечи и поставив подбородок на ее макушку, смотрел ей в глаза — в зеркало.
— В какой момент ты в меня влюбился? — спросила Наташа его отражение.
— Думаешь, для этого достаточно одного момента?
— Чтобы влюбиться — да.
— Значит, только что. Я каждую секунду в тебя влюбляюсь.
Наташа улыбнулась — достойный ответ достойного мужчины. Подняла повыше руку, в которой держала коробочку. Макс забрал коробочку, открыл ее и достал колечко.
— Ты согласна? — самоуверенно спросил он свою девушку, наклонился к ее ушку и шепотом уточнил: — Или поуговаривать тебя?
Наташа засмеялась:
— Когда ты так делаешь, я на все согласна!
— Является ли твое желание обдуманным и добровольным?
— Почти да!
Взял ее маленькую холодную ручку и надел на безымянный пальчик кольцо.
— Я объявляю нас мужем и женой! — и, глядя на пару в зеркале, с намеком добавил: — Можете поздравить друг друга!
— Наташ, я не виноват, что она оказалась с нами в одной маршрутке!
Поднимались по бетонной лестнице к Андрюхиному дому. Ему сегодня тридцать пять лет, и день рождения выпал как раз на субботу, так что решили собраться прямо с обеда. С нахмуренными бровями Наташа шла по ступенькам и яростно ревновала. В маршрутке с ними ехала девица — очередная бывшая подружка Максима — сидела прямо напротив него и строила ему глазки на правах старой знакомой. А когда выходила с ними на одной остановке, кокетливо попросила, чтобы Максим подал ей руку. Слава богу, она пошла в другую сторону, а то Наташа бы терпеть не стала! Ей уже до предела надоели всякие барышни из жизни Максима! И надоели совсем незнакомые ему: продавщицы в магазинах, официантки в кафе, девушки на улице, страстно заглядывающие ему в глаза…
Наташа остановилась на одну ступеньку выше Макса:
— У меня иногда возникает ощущение, что ты переспал с целым городом!
Макс, воспользовавшись случаем, обнял ее и попытался поцеловать, но девушка отвернулась:
— Это действительно больно осознавать!
Развернулась, вырвавшись из его объятий, и пошла дальше. Мужчина поднимался за ней, пытаясь взять ее за руку, но Наталья не позволяла. Когда закончилась лестница, и они вышли на двор Андреевой пятиэтажки, Максим тоном, не принимающим возражений, предупредил:
— В гостях я не позволю тебе говорить об этом. Так что, если тебе есть, что обсудить, давай сейчас!
Взял, наконец, ее за руку, посадил на лавочку возле первого подъезда и сам сел рядом.
— Ты права, с ней я спал. И сам сбежал от нее, когда понял, что мне с ней делать больше нечего. Я не видел ее несколько лет и не жалею об этом. Ну прости, что она попала с нами в один автобус! Прости, что это популярный автобус! Прости, что это популярная остановка, что это центр города! Но моей вины в этом нет. И ревновать здесь должен бы ее мужик, а не моя девушка.
Наташа понимала, что он, в целом, прав. Она сама выбрала себе взрослого мужчину — неудивительно, что до нее у Макса уже кто-то был. Она сама выбрала себе красивого и общительного мужчину — неудивительно, что «кого-то» у него было немало.
— Но ты же не будешь утверждать, что я ревную без повода?
— Кстати, знаешь, со многими я расставался именно из-за ревности…
— Это угроза? — улыбнулась Наташа.
