– Обесценивание. Может быть, она себя так же в своей семье чувствует – что она не заслуживает места и не может есть хлеб, пока не докажет свою ценность? А у нее нет проблем с пищей, весом?
– Визуально она очень худенькая. Про еду рассказывала вскользь, что у нее в последнее время совсем нет аппетита и она ест только тогда, когда почувствует слабость и головокружение, – ответила Инна Васильевна.
– Это может быть анорексией? – спросила Татьяна.
– Не знаю, заострю на этом внимание на следующих сессиях. Желание все контролировать у нее присутствует и довольно ярко выражено, – ответила Инна Васильевна.
– Как ее изначальный запрос про бессонницу? – спросила Татьяна.
Сегодня она опять выглядела безупречно. У Инны вырвался тяжелый вздох, когда она посмотрела на нее, а потом на себя.
– Я на последней встрече почти в дверях спросила, как она спит. Она так удивилась этому вопросу, будто и не было у нее бессонницы никогда. И сказала, что все прекрасно. У меня даже возникла мысль: может, и не было этой бессонницы вовсе? Просто нужен был какой-то веский повод, чтобы обратиться за помощью?
– Любопытно, – сказал Антон Павлович и продолжил: – Как вы интерпретировали этот сон пациентки?
– Я читала, что жаба – это символ женского плодородия, и предположила, что во сне она встречается со своей частью, которая может иметь детей, и начинает чувствовать себя хорошо. А к этому ее подводит женщина ее рода и исчезает – помогает, а потом оставляет ее. Как будто дает разрешение или направление. Какая-то отжившая и ненужная часть уходит и дает место новому.
– И ей это не понравилось? – спросила Мария.
У нее опять жарило солнце и бликовало на экране компьютера. Как, наверное, хорошо жить в Израиле!
Инна развела руками.
– Но ведь это так поэтично и оптимистично! – воскликнула Мария.
Контрперенос – ответная эмоциональная реакция аналитика на чувства анализанта в процессе терапевтического взаимодействия.
Обесценивание – один из защитных механизмов психики, при котором мы резко снижаем значимость того, что на самом деле для нас очень важно. Обесценить можно все подряд: людей, эмоции, достижения. Оборотной стороной обесценивания является идеализация. Чем совершеннее казался объект или фантазия об этом, тем мучительнее будет разочарование, что это не так.
У Инны раскалывалась голова. Она не знала, что такое мигрени, и в общем-то была вполне себе здоровым человеком до того, как начала работать психологом. Но последние полгода, как только возобновила практику после рождения дочки, стала часто простужаться и ее начали преследовать головные боли. Она знала, что значит ее боль. То, что она больше не может думать и работать и должна дать себе перерыв, а лучше – полноценный отдых. Но это было только в мечтах. Дома она была мамой Глаши и женой своего мужа, а на работе – мамой всем своим клиентам.
«Как справляются многодетные матери?» – вдруг подумала она. Помнить, что у кого и когда происходит. Успевать всех пожалеть, приободрить, дать тепло и внимание. Если детей трое, прикинула про себя Инна, это еще возможно, а если пять или семь? Сейчас у нее было семь постоянных клиентов, и она иногда чувствовала, что не справляется. Может, конечно, по ее золотому стандарту и только в ее голове. Потому что все они к ней ровно и исправно ходили, кроме двоих, которые постоянно опаздывали, переносили занятия и не хотели платить деньги. Но это был их внутренний процесс, а не ее недоработка. В их системе ценностей и жизни им необходимо было нападать на границы терапии и отыгрывать свои внутренние конфликты, разрешить которые они в принципе и пришли. И когда эти двое начнут платить и приходить, можно будет, как бы парадоксально это ни звучало, начинать разговор о завершении работы. Инна усмехнулась про себя и отвлеклась от мыслей. Снова запульсировала точка боли над ухом, эхом отдаваясь в носовые пазухи и надбровные дуги.
