«…Во время Второй Великой Войны Райленд, недавно получивший лук и колчан стрелка, сражался против демонов в союзе с горцами, несколько раз был ранен, но вновь присоединялся к одному из отрядов. Несколько лет спустя он дал клятву верности барону Эмри, а после его женитьбы на герцогине Верциллинской был произведен в следопыты — элиту имперских войск. И теперь он должен был доказать, что достоин столь высокого знания, должен оправдать доверие Императора…»
Самым лучшим временем года в лесах Невендаара всегда была осень. Деревья, еще не обнажившие ветвей, красуются красно-золотыми нарядами, землю устилает шуршащий ковер, медленно кружатся в торжественном танце падающие листья. Кажется, что время не властвует здесь, течет медленно, сонливо. Обычно такая волшебная пора длится всего несколько недель, но в землях эльфов осень царит всегда. Обширные пространства Альянса укрыты золотом лесов, в глубине которых скрыты эльфийские поселения. Деревья, такие же древние, как и их хозяева, многое видели за свой долгий век — огонь и дым Великих Войн, сотрясающих Невендаар, молодых, безрассудных эльфов, покидающих родной дом, чтобы никогда не вернуться назад, разрушенные надежды и отчаяние народа богини Любви, ставшей богиней Смерти. Но сейчас здесь вновь царит покой, и горе тому, кто осмелится его нарушить! С этой неприятной мыслью Райленд открыл глаза и быстро окинул взглядом местность. Явной опасности не было, за ночь ничего не изменилось — все тот же редкий лес простирался во всех направлениях. Сквозь кроны деревьев светило солнце, по небу медленно ползли облака. Стряхнув с себя налетевшие за ночь листья, Райленд с вздохом поднялся на ноги. Он вновь плохо спал, тяжелые сны навевали тревогу — так лес реагировал на присутствие чужака. Хвала Всевышнему, ночи были теплыми, и хотя бы с ночлегом не было проблем, в отличие от всего остального.
Немного размявшись, Райленд склонился над небольшим, почти засыпанным листьями ручьем, с трудом пробивающим себе дорогу среди высоких деревьев. В прозрачной воде он мог видеть свое отражение — бледное вытянутое лицо с крупными скулами, тонкий нос, темно-карие глаза. Подбородок за месяц странствий успел зарасти редкой, но колючей рыжей бородой. Длинные волосы, по обычаям его родины, были заплетены в косу и стянуты кожаной лентой. Он выглядел старше своих сорока лет — несколько глубоких морщин уже прорезали высокий лоб, седина тронула виски. Среднего роста, широкоплечий, Райленд мог быть кем угодно — простым ремесленником, стражником или даже клириком. Но судьба направила его по другому пути — и он стал имперским лучником, следопытом своего короля.
Райленд родился в простой крестьянской семье, в отдаленной деревушке на севере Империи. Как и много поколений до него, он собирался мирно обрабатывать землю, но однажды все изменилось. Когда Райленду было десять, в селение приехал инквизитор — он искал способных детей, которые могли бы служить Императору Демосфену. Ловкий, обладающий острым зрением мальчик приглянулся инквизитору, и вскоре он увидел высокие шпили Столицы Империи. Его новым домом стало Стрельбище — место, где уже несколько сотен лет молодых стрелков учили военному искусству. Райленд так и не закончил свое обучение — его, как и многих молодых воинов, направили на юго-восток страны, где пограничные отряды не справлялись с напором неожиданно восставшей Орды нежити. Во время Второй Великой Войны Райленд, недавно получивший лук и колчан стрелка, сражался против демонов в союзе с горцами, несколько раз был ранен, но вновь присоединялся к одному из отрядов. Несколько лет спустя он дал клятву верности барону Эмри, а после его женитьбы на герцогине Верциллинской был произведен в следопыты — элиту имперских войск. И теперь он должен был доказать, что достоин столь высокого знания, должен оправдать доверие Императора…
Умывшись и набрав воды в кожаный бурдюк, следопыт поднялся с колен и поправил широкий кожаный пояс. За годы службы он так привык к своей амуниции, что новый доспех, созданный лучшими оружейниками Империи, казался ему чужим. Длинная кожаная куртка с металлическими пластинами не стесняла движения, высокие сапоги гасили звук шагов. Цвета доспехов были специально подобраны под золотую гамму осеннего леса. Из старой формы Райленду позволили оставить только перчатки. Маленькая железная пластинка защищала левую руку при стрельбе, на указательный и средний палец правой было надето два широких кольца — иначе тетива могла поранить руку даже сквозь толстую кожу. На плечи был накинут эльфийский плащ — очень редкая и ценная вещь, идеально маскирующая своего владельца на территории Альянса.
Вернувшись к месту своего ночлега, Райленд положил бурдюк рядом с другими вещами. Открыв небольшой заплечный мешок, он вытащил из него кусок вяленого мяса и несколько сухарей. Такой рацион надоел ему до зубного скрежета, но других вариантов не предвиделось. Дичи в приграничных с людьми лесах было мало, да и разводить костер было опасно, и даже не из-за легко вспыхивающих листьев — в эльфийском лесу они загорались довольно долго, — но из-за густого дыма, который стал бы ясным сигналом, что на территории Альянса объявился чужак. Поэтому и приходилось питаться тем, что получилось достать в деревушке недалеко от границы с эльфийским лесом.
