Александру регулярно поили зельями. Она уже чувствовала себя намного лучше, магистр позволил ей вставать и небольшие прогулки, на которые её выводили Повелительница вместе с Бальтазаром. Саламандр чуть ли не пылинки сдувал с будущей невестки. Только иногда Маше казалось, что в янтарных глазах ящера вспыхивают совсем не отеческие огоньки. И это её очень настораживало. Как-то раз она поделилась своими наблюдениями с Ирной, но та фыркнула в своей манере и пояснила, что Сашка красивая девушка, а Бальтазар вполне себе ещё ничего мужик, и ничто мужское ему не чуждо. Вот он и восхищается невесткой. И завидует сыну белой завистью.
Через неделю к драконам прибыл принц Тарт с многочисленной свитой, как и положено наследнику престола. Теперь Александру выпускали на прогулки в сопровождении жениха. Девушка выглядела довольной и счастливой.
— Ну, теперь-то твоя душенька спокойна? — допытывалась Ирна у подруги. — Видишь, Сашке ящерёнок нравится, они вместе очень даже ничего смотрятся, — продолжала она, наблюдая из окна за прогуливающимися высочествами.
— Не знаю, — пожала плечами Мария, — неспокойно мне что-то.
— Естественно! — хохотнула королева. — Не каждый день единственную доченьку замуж спроваживаешь! То есть, сопровождаешь, — поправилась она, заметив, как передёрнулась Мария.
— Нет, — задумчиво покачала головой Повелительница, — тут другое. Не пойму, что.
— Перестань! — обняла её Ирна. — Все тёщи бздят. И ты не исключение. Поверь — всё будет хорошо! Проведём помолвку, через пару дней отпразднуем свадьбу. И заживёт наша Сашка, как порядочная замужняя дама. Неужели тебе не хочется понянчить маленьких ящерок?
— Ира! — с укоризной прервала её Мария. — Оборот у саламандр происходит в 10 лет. Да и потом, может у Саши девочка родится. Будет плеядой.
Ирна закатила глаза, показывая своё отношение к вопросу рождения плеяд.
— Пойдём лучше ко мне в покои, — потянула она подругу. — Там наш кутюрье платья бальные привёз на последнюю примерку. И Сашкины.
Величества, в сопровождении вереницы фрейлин, направились на встречу с модным портным.
О помолвке было объявлено накануне бала. Раух несколько раз перечитал еженедельный магический вестник, где всю первую полосу занимало фото улыбающейся пары, ниже сверкающими буквами было набрано объявление о свершившейся помолвке и озвучена дата бала, который должен был пройти во дворце короля драконьего государства. И вот наступил день самого бала. Во дворец съехались многочисленные гости. Был среди них и Раух. Он с тоской следил за любимой. Сердце каждый раз разрывалось от боли, когда он смотрел на то, как счастливая улыбка то и дело озаряет лицо девушки, танцующей с принцем соседнего государства. В голове проносились воспоминания о проведённых с Александрой днях. Казалось, он даже чувствовал её запах, на губах ощущался вкус её кожи и губ, тело помнило … Да всё помнило. Каждую минуту, каждую секунду. А теперь его Сашу обнимает другой. Жених. Будущий муж.
Сам герцог пользовался бешеным успехом у дам. Около него постоянно вились красотки, стреляя глазками и демонстрируя свои прелести. Надеждой заполучить в мужья самого богатого жениха драконьего государства наполнились почти все сердца незамужних девиц и их мамаш. Раух изредка приглашал каких-то девушек, механически танцевал, старался поддерживать разговор с партнершей, но душа заледенела, покрылась толстой коркой. Только однажды, когда объявили танец со сменой партнёров, ему удалось на несколько минут прикоснуться к любимой. И, если бы он почувствовал, что она несчастна, что нуждается в помощи, он бы бросил всё, выложился бы на 1000 процентов, но вернул бы в её глаза свет и радость. Но … Александра весело щебетала, делилась с опекуном хлопотами о предстоящей свадьбе. Радость и предвкушение семейной жизни сквозила в каждом её слове. Отчаяние, ощущение краха всей жизни, заполнило душу дракона. И зачем Маша снимала с него родовую порчу? Был бы он с пустым холодным сердцем и не жёг бы его сейчас огонь ревности и одиночества. Возможно, не был бы Раух так поглощён переживаниями, он бы заметил, что любимая ведёт себя не так как всегда. Хотя, даже, если бы и заметил, то списал бы это на предсвадебное волнение. Все невесты волнуются. Наверное.
Пару раз герцог случайно ловил на себе задумчивые и странные взгляды королевы и Маши. Женщины не отводили глаз, когда они встречались, но он списал это на их отношение к порхающим вокруг хищным поклонницам.
Для Рауха этот бал был сравни с медленным проникновением холодного острого кинжала в сердце. Он не хотел ехать, но был обязан дать напутствие своей воспитаннице. Несколько слов, короткий отеческий поцелуй в лоб поставили большой крест на душе дракона и запечатали её, теперь уже навсегда закрыв для любви и света.
