Тронув ручку, подполковник Йоси Мацухара лег на правое крыло и поглядел вниз. С высоты трех тысяч метров Тихий океан вроде бы оправдывает свое название. На безбрежной глянцевой лазури то и дело появляются пенные гребешки, похожие на забытую нерадивой швеей наметку. Да, океан спокоен и хорошо просматривается, когда его не заслоняют проплывающие под крылом облака, бросая на воду темные силуэты теней и сливаясь вдали в сплошной ковер. На северном горизонте собираются грозовые тучи и постепенно окутывают белоснежные, позолоченные солнцем вершины. Под ними стеной стоит дождь, напоминая занавес театра Кабуки. Красивое зрелище, но слишком уж декоративное, ненатуральное. Впрочем, для подполковника Мацухары это была вовсе не красота, а досадное препятствие. Проклиная все на свете он взывал к богине Солнца Аматэрасу, чтобы расчистила небо, помогла ему найти американскую подводную лодку «Блэкфин», где теперь находится с особым заданием его друг, лейтенант Брент Росс. За последние пять лет их судьбы тесно переплелись, а молодой богатырь янки настолько проникся духом бусидо, что газетчики окрестили его «американским самураем». Но нынче, как видно, Аматэрасу не внемлет молитвам подполковника.
Мацухара вынырнул из-за облаков: пустынный океан смеется над ним точно так же, как боги. Проклятая лодка — ну хоть бы мельком показалась! Это маленькое отважное суденышко выследило арабское соединение из двух авианосцев, двух крейсеров и десятка эсминцев. Главная добыча, разумеется, авианосцы: один — английский, типа «Маджестик» (его закупили в Индии и переименовали в «Гефару»). Второй — бывший «Принсипе де Астуриас», а ныне «Рамли Эль-Кабир», приобретенный у Испании. После того как «Блэкфин» потопил «Гефару» близ атолла Томонуто, командир арабского оперативного соединения не решился атаковать «Йонагу», имея в наличии всего одно ударное судно, и повернул к югу — то ли на Каролинские острова, то ли на свою базу в Индонезии. С тех пор они на горизонте не показываются.
Единственное сообщение с подлодки — топовый знак, оставленный в кильватере. «Блэкфин» подвергся глубинной бомбардировке, получил серьезные повреждения и потому не может погрузиться, а идет северным курсом на Японию и находится в опасной близости от арабских военно-морских баз на Марианских островах. Почти сутки от него нет вестей: либо рация сломана, либо командир соблюдает радиомолчание, что при нынешней уязвимости лодки более чем разумно.
Враг, взбешенный гибелью своего авианосца, несомненно охотится за ними. Наблюдатели с маленького неприступного островка на Марианах час назад засекли поднимающуюся в воздух Staffel[1] из двенадцати истребителей Me-109 и много «Штук».[2] Мацухара понимал, что лодку давно бы уже обнаружили, если б не облачность, которая мешает не только ему. Но, так или иначе, он должен опередить противника.
С тревогой вглядываясь в просветы между облаками, он выискивал приметный белый шрам на воде. Нет, чисто! Может, спуститься пониже?.. Ага, и сразу же на тебя спикирует кроваво-красный истребитель! В авиации Каддафи только одна красная машина: ее пилотирует американский подонок командир эскадрильи Кеннет Розенкранц. На его счету двадцать два сбитых самолета, и теперь он с другими наемниками наверняка где-нибудь поблизости — обеспечивает прикрытие «Юнкерсам».
Будь они неладны, эти облака! Если сейчас из-за них вынырнут «Мессеры», тебе придется кисло. «Мессершмитту» никогда нельзя уступать преимущество в высоте — это неписаный закон.
Йоси в десятый раз взглянул на дощечку с прикрепленной картой, что пристегнута ремнем к ноге. Последние координаты «Блэкфина» — двадцать градусов северной широты и сто пятьдесят один градус тридцать минут восточной долготы. По его расчетам, он теперь проходит севернее большого красного креста, который Йоси перед вылетом поставил на своей карте, получив информацию о местонахождении подлодки. А ведомые старательно перечертили его на свои дощечки.
Ведомые!.. Только англичан на «Сифайрах» ему не хватало! У столетнего Фудзиты, кажется, наметились признаки старческого маразма. Но при этом воля и твердость духа остаются закаленными, как лезвие самурайского меча. Такого нипочем не переспоришь.
— Это лучшие сыны Англии, — втолковывал он Мацухаре, сидя за столом командного пункта. — Первые ласточки. Скоро их станет больше. Им пока не хватает нашего Опыта, а главное — духа ямато, но со временем мы сделаем из них настоящих самураев, отважных борцов за императора Акихито, взошедшего на трон для достижения мира.
