—
Фиолетовый щит разрушения полностью поглотил весь урон, а великан уже давно адаптировался к подобной атаке. Монстр злобно зарычал и начал скапливать вокруг себя ещё большее количество самой разной энергии, объединяя его в нечто совершенно иное. Энергия устремилась к его рукам, создавая нестабильную сферу.
Вокруг него столпились лавовые монстры, а две огромные руки, торчащие из спины Монстра, закрыли его ото всех.
— Кажется он собирается уничтожит все в радиусе нескольких киломе…
—
— Стой! — крикнул великан, но было уже поздно.
За считаные секунду сосуд пустоты преодолел расстояние между ними — из его тела исходила аура, превратившая в ничто низших порождений Хаоса. Горизонтальным взмахом он срезал руки, что прятали тварь от него, но монстра там не было.
— Сзади! — крикнул Жаждущий Смерти, но было уже поздно.
Монстр Хаоса возник позади Маршала — в его правой руке сжалась девственно белая сфера и он вонзил её в спину своего врага. Лицо Маршала исказилось в гримасе боле и в следующее мгновение всю планету сотряс невиданный доселе взрыв, создавая подобие яркого-белого шара. Казалось, что его можно было увидеть из любой точки планеты. Большая часть высвободившейся мощи устремилась в небо.
***
— Госпожа? — трусливо проблеял один из имперских чиновников.
— Соберите всех генералов с нашими лучшими отрядами и приведите сюда Авеля с его людьми! — Императрица не отрывала взгляда от огромной белой сферы, заполнившей собой весь горизонт.
Её всю бросала в дрожь от одного лишь осознания того, что за существо могла создать нечто подобное.
— Повелительница! — спустя несколько напряжённых минут в тронный зал ворвался один из командиров. Он ударил по своему доспеху и склонил голову. — Мы не можем найти господина Авеля и членов его группу.
— Тц, — взгляд женщины наполнился ещё большим презрением. — Значит ты сбежал, пождав хвост, брат Кайна.
— Но Императрица! Господин Авель не мог так поступить, — мужчина какое-то время служил под началом этого человека и проникся к нему истинным уважением. Он верил, что тот не мог так просто трусливо сбежать. — Я уверен, что он и его отряд направились к месту сражения.
Внезапно всё его тело затряслось — из его глаз и рта начала идти кровь. Он схватился за горло, вытянув руку в молебном жесте.
— П-прошу… — через секунду его бездыханное тело упало на холодный мраморный пол. Все остальные в зале застыли в покорном ужасе.
— Один из псов Авеля и как я пропустила его? — скорее раздражённо, чем удивлённо произнесла Императрица. — Кто-то ещё хочет со мной поспорит?
Её ярко-алый взгляд впился в замеривших от ужаса чиновников. Казалось, они забыли, как дышать в тот момент. Не стоит говорить, что в тот момент никто не посмел ей возразить. Наконец послышался звук цокающей трости — аловолосая устремила взгляд на вошедшего старика. Легендарный генерал — единственный человек, который мог не кланяться ей.
— Моя Императрица, — его безразличный взгляд устремился на лежащие в крови тело.
— Отряды готовы?
— Всё исполнено в точности как вы и приказывали, — он легонько кивнул.
— В таком случае, я немедля отправляюсь, — она изящно поднялась с трона. Вытекшая из тела мужчины кровь устремилась к ней. Взмахом руки она рассеяла её, словно бы не хотела иметь ничего общего с чем-то столь мерзким. — С этого момента Авель лишается всех своих титулов и объявляется ренегатом. Разошли эту информацию остальным.
Старик удивлённо приподнял бровь и тут же взял эмоции под контроль.
— Как прикажите, — он почтенно склонил голову.
Она прошла мимо старого генерала. Он обвёл взглядом всех присутствующих и приказал:
— Уберитесь здесь, — он развернулся и последовал за своей госпожой.
***
Где-то за несколько миль от места схвати красивый беловолосый юноша — большого двадцати лет которому бы никто не дал — в римской тоге играл на скрипке. Он парил в воздухе и завороженно наблюдал затем как молочно-белый шар поглотил собой весь горизонт.
— Нет, нет-нет, учитель, — произнёс он, прикрыв глаза. — Вам ещё рано умирать. Вы не увидели моего перерождения, я осознал свои ошибки и наконец готов оставить своё прошлое.
Его серебряный взгляд устремился на уродливые шрамы, пересекающие всё тело. Раньше Нерон прятал их за татуировками, но после того сражения пять лет назад и добровольного паломничества… Он смог измениться — по крайней мере он верил в это. Обнажая свои шрамы, он потерял изрядную долю своей былой красоты, но сейчас она уже нисколько не волновала его.
— Именно я должен убить вас, учитель, — бывший ученик Маршала закончил свой последний аккорд, — лишь так я стану по-настоящему свободен.
