– Ты че, рехнулся? Да с этого я не только блевать буду. Мне вообще башню снесет и наизнанку вывернет, – фыркнула Эм.
Денис молча смотрел на нее.
– Ты че, серьезно? – напряженно спросила она.
– Ты хочешь его найти?
– А просто подождать не вариант? Завтра прийти, например? Не? Когда-нибудь они сюда заявятся.
– Нет. Нужно сейчас, – твердо сказал он.
– С фига ли?
– Я так чувствую. Просто поверь.
Эм, пристально глядя ему в глаза, приблизилась вплотную, и их носы почти соприкоснулись. Денис спокойно выдержал эту дуэль и не отвел взгляд.
– Да пошел ты! – психанула она и направилась в подворотню к неадекватно ведущим себя парням.
Эм поглотила эрзац-эйфорию, но зарево вспыхнуло совсем слабо. Денис очень надеялся на каннибальский нюх. Особенно на Катину чувствительность.
Эм, пошатываясь, вернулась к нему. Судя по взгляду, она едва понимала, где находится. Денис посадил девушку в машину, чтобы она не упала на асфальт.
Каннибалы не заставили себя долго ждать. Незнакомая пара в черном выбежала на улицу метрах в ста от бара и направилась в сторону Дениса. Он не спеша двинулся им навстречу.
– Зови Катю. Она у вас за главную сейчас, – крикнул он, но опьяненный чувством близкой добычи каннибал не отреагировал, и Денису пришлось срубить его с ног резким ударом правой. Нокаут есть нокаут, и он не зависит от того, чувствует ли противник боль. Второй каннибал остановился в нерешительности.
– Че встал? – прикрикнул на него Денис. – Катю зови! Скажи, что я здесь жду.
Каннибал неуверенно кивнул и так же резво, как раньше, помчался назад.
Спустя минут десять из подворотни показалась большая компания: человек семь. Катя шла впереди. Она сразу узнала Дениса, но опустила глаза и теперь приближалась, стараясь не смотреть на него.
Когда каннибалам до Дениса оставалось метров пять, Банан широко раскинул руки и остановил их. Катя подошла к Денису.
– Привет, – неуверенно сказал он.
– Зачем ты здесь? – тихо и хрипло спросила она.
– А зачем здесь ты?
– Мне тут самое место. Я чудовище и должна жить среди таких же.
Денис смотрел на нее и не узнавал. Дело было вовсе не в тьме в глазах. Катя говорила не от сердца, а словно выученную роль. Слова, которые она сама себе зачем-то внушила.
– Ты не чудовище. Мы это уже проходили. Давай поговорим…
– Нет! – крикнула Катя и посмотрела ему в лицо, стараясь не встретиться взглядом, – я устала бояться. Мир делится на тех, кто дрожит в страхе, как овцы, почуявшие волка. И тех, кто не боится никого и ничего. Потому что остальные боятся их. Мной всю жизнь управляли. Я больше так не хочу! Тебе противно от того, что я такая? Привыкай. Я хочу быть такой, слышишь? Это мое решение, и никто не будет приказывать, какой мне быть.
Она напоминала подростка, который назло родителям готов вредить себе, лишь бы доказать свое право на самостоятельные решения.
– Ты можешь быть какой хочешь. Я все равно тебя люблю. И я понял, что ты была права. Я… словно спал, а потом проснулся. Я теперь настоящий, такой, как прежде…
– Ты всегда говоришь о себе! А обо мне ты думаешь? Думал хоть иногда? Чего хочу я? Чего я боюсь? Что чувствую?
– Я?! Да я только о тебе и думаю! – крикнул, выйдя из себя, Денис. – А ты сейчас ведешь себя как ребенок, который готов отморозить себе уши, лишь бы показать маме, какой он самостоятельный и независимый.
Денис сказал это и сразу пожалел: аура Кати вспыхнула красным.
– Я веду себя как маленькая, да?
– Да. Ты врешь сама себе и не хочешь в этом признаваться! Я сделал тебе больно, и ты решила так защититься, да? Делать больно самой себе. Но я люблю тебя! И ты меня любишь, я же вижу!
У Дениса промелькнула мысль, что они как будто поменялись местами. Она говорила те же слова, но он ей не верил. Теперь он по-настоящему ощутил, что значит любить, а Катя делала вид, что он ей безразличен.
– Это ты себе врешь. Я тебя любила. Но разочаровалась в любви. Ее не существует во времени. Это всегда краткий миг. Вспышка. Теперь я это знаю.
Катя перевела взгляд куда-то в сторону:
– А… и ты здесь.
Денис обернулся. Со стороны кафе на другой стороне улицы приближалась Алиса.
– Привет, Ромео. Привет, сестренка. Не могла усидеть на месте при виде такой милой семейной сцены, – сказала Алиса, нервно улыбаясь.
От присутствия шестерки каннибалов она чувствовала себя не в своей тарелке.
– Он и тебя позвал для поддержки? На свои силы уже не надеялся? – ухмыльнулась Катя.
– Не, я для вас обоих сюрприз. И мне, честно говоря, пофиг на ваши разборки, – фыркнула Алиса. – Но с тем, что тебе не место среди этих, согласна. Устала бояться, хочешь сама все решать – уважаю. Сама такая. И я знаю, как тебе помочь, как защитить, дать свободу…
– Мне больше не нужна защита! Теперь пусть защищаются от меня! – плотоядно ухмыльнулась Катя. – А твоя семейка – первая, с кем у меня счеты. Вы убили моего отца. Вы пытали меня!
– Я не…
– Что ты не? Ни при чем? Ты не знала? Все меня предали или продали! И Денис, и Макеев, и твоя семья!
– Пытали? Не может быть! Мать ищет тебя все это время, чтобы защитить, но я… – начала было Алиса. Катя опять не дала ей договорить.
