— Да-да, «Девкалион»… — снова вздохнул портье. — Он может потер-рять и отель… и куда нам всем деваться тогда, скажите, пожалуйста?
Морриган брела по ночным коридорам, стараясь не замечать тяжесть в желудке и забыть кошмарный сон. Было уже за полночь, когда она заметила, что дверь в кабинет приотворена. Подкралась на цыпочках, заглянула внутрь. Юпитер сидел в кожаном кресле у огня перед дымящимся серебряным чайником и двумя стаканчиками из цветного стекла на столике.
— Заходи, Мог, — пригласил он, даже не обернувшись на дверь. Налил в стакан мятного чаю с цельными зелёными листьями, бросил кубик сахара. Поднял усталые глаза. — Снова кошмары, — кивнул утвердительно. — Всё переживаешь за последнее испытание.
Морриган уселась напротив и отхлебнула чай. Она больше не удивлялась: Юпитер всегда всё знал.
Приснился конечно же очередной грандиозный провал. На этот раз, однако, вместо свистящих недовольных зрителей были злобные тролли со слюнявыми пастями и с дубинками в лапах, готовые избить её до смерти, тем самым избавив от ощущения чудовищного позора.
— Презентация в следующую субботу, — заметила она многозначительно в надежде, что он расскажет наконец, что нужно будет там делать.
Юпитер вздохнул:
— Не надо так волноваться.
— Я каждый раз это от вас слышу.
— Всё будет хорошо.
— И это слышала, — кивнула она.
— Я говорю правду.
— Но у меня же нет никаких талантов! — взорвалась она, дёрнув рукой и пролив чай на ночную рубашку. — Зачем было проходить испытания, если я всё равно не попаду в Коллегию? Не умею я скакать на драконах… и петь, как ангел, тоже не умею! Ничего я не умею! — Начав перечислять вслух свои беды, Морриган уже не могла остановиться. — Что, если «хорьки» узнают? Меня выгонят, а вас посадят в тюрьму! Заберут у вас «Девкалион»! Вы… ваша репутация… карьера… — Комок в горле душил, она закашлялась. — Вам нельзя так рисковать из-за меня! Что станет с людьми, которые тут работают?.. А с Джеком? Кто присмотрит за ним, пока вы будете в тюрьме? А как же?.. А… — Она запнулась, не находя больше слов.
Юпитер ждал продолжения, вежливо улыбаясь над со стаканчиком чая в руке. От его спокойствия Морриган рассвирепела ещё больше. Неужели его совершенно не волнует, поступит ли она в Вундерколлегию? Неужто она и впрямь для него только… развлечение?
От этой мысли клещами сдавило грудь и что-то вдруг рванулось изнутри, словно дикий зверь из клетки. Морриган со стуком поставила стакан на поднос.
— Я хочу домой.
Слова вылетели сами собой, мрачно и сурово, прежде чем она успела их осознать. Вылетели и повисли в воздухе.
— Домой?! — помолчав, переспросил Юпитер.
— Назад в Джакалфакс, — уточнила она, хотя видела, что он понял, по тому, как застыло его лицо. — Я хочу вернуться. Прямо сейчас. Объявить родным, что жива. Не надо мне никакой Вундерколлегии, и не надо… — Теперь слова не вылетали сами: их приходилось выдавливать. — Не хочу больше оставаться в «Девкалионе».
Последнее было неправдой, но пускай он так думает — ему будет легче.
Морриган любила «Девкалион» всей душой, но, сколько бы этажей, комнат и коридоров он ни вмещал, ужас перед Презентацией уже его перерос и, словно монстр или призрак, проходящий сквозь стены, проникал до мозга костей зимней стужей, не давая согреться.
Она ждала ответа. Лицо Юпитера оставалось непроницаемым, застыв в такой неподвижности, что, казалось, оно вот-вот треснет, как фарфоровая маска. Глаза, не отрываясь, смотрели в огонь камина.
— Очень хорошо, — произнёс он наконец. Голос прозвучал на удивление мягко. — Мы отправляемся прямо сейчас.
— Не очень… Не отставай.
Юпитер быстро шагал по грязноватому сумрачному коридору с серой плиткой и тусклыми лампами на потолке. Морриган поспевала за ним трусцой, то и дело заглядывая в лицо, но прочитать ничего не могла. Он не проронил почти ни слова, разве что объяснил Фенестре, куда они направляются. Магнификошка глянула на него с тревогой, а на девочку — с печалью. Ничего не сказала, только потёрлась большой серой головой и тихо, горестно мурлыкнула. Морриган отчаянно заморгала и молча отвернулась, сжимая ручку зонтика.
Выйдя из здания и пройдя по тёмным улицам, они подскочили Зонтичной дорогой до ближайшей станции подземки и долго спускались по лабиринту коридоров и лестниц, переходя из одного полутёмного зала в другой, где Морриган не была ни разу, но Юпитер, похоже, знал маршрут наизусть. Наконец, завернув за угол, вышли на платформу. Выцветшие плакаты на стене выглядели старомодно и висели клочьями, рекламируя товары, о которых Морриган никогда не слышала.
Знак над головой извещал, что отсюда отправляются поезда по линии Паутины.
— Ты не передумала? — спросил Юпитер, не отрывая взгляда от плиточного пола. Тихий голос эхом прокатился по пустому залу. — Возвращаться необязательно.
