«Ну, ты её раскрутил! У меня аж челюсть отвисла!» — смотрела на меня жена, как будто первый раз видела! С ней же мучаются уже больше месяца!». «Во-первых, не мучаются, а во-вторых, кому это мучительно? Дурака нельзя заставить мозгом работать, если его нет! Пойду на конференцию сегодня, послушаю, что о ней говорят!».
Запись на доклад шла уже полным ходом! Каждый хотел что-то о ком-то доложить. «Фрау Херес!» — назвал и я свою пациентку. «Она уже записана, фрау Функ её записала, — обрадовала меня главный врач Клизман и добавила: — Наши аноректички прямо чудо совершают: и фрау Шмук, и фрау Трап вес набирают. Правда, это чудо совершаю я!» — скромно объявила Клизман свои успехи в лечении мною этих пациенток. «Да, да, это очень отрадно! — закивала фрау Функ. — А вот что с моей пациенткой Херес делать — не знаю!». «Сегодня я с ней беседовал, — скромно признался я, — и начал курс акупунктуры и гипноза». «Думаете, поможете вашими укольчиками! — ухмыльнулась Клизман. — Здесь всё серьёзнее, она агрессивная больная и очень заносчивая!». «Не участвует ни в каких упражнениях! Даже танец “маленьких утят” отклонила! Это я всегда для сложных больных применяю, чтобы их как-то расшевелить! Все от этого танца без ума! А она сразу: нет да нет! Эта глупость, говорит, не для меня! В связку со мной не идёт! Тоже говорит: не для меня! Боится контакта, близости!» — продолжила «танцорка». «Это и понятно — её уже изнасиловали один раз!» — объяснил я танцовщице отказ Херес от «связки». «Да, возможно», — согласилась танцовщица. — «Она и у меня пассивна: не бьёт в барабан, не дудит на дудке! И к другим инструментам не прикасается!» — поддержала музыкантша. «И у меня! — подтвердил Хагелюкен. — Пытался её подключить к швырянию мяча о стенку — агрессивность выразить! Отказалась! По холмам не бегает! Отказывается оплёвывать деревья, представив себе в них своих насильников! И тоже отказалась со мной войти в физический контакт: “тело к телу”! Хотел проверить её проблемы: “с близостью и дистанцией”! Прямо так и шарахнулась от меня!».
