Исследование авторитарной личности полностью

Решение эдипова комплекса, характерное для «авторитарного синдрома», не является единственным, что благоприятствует структуре характера Н. Вместо того чтобы идентифицировать себя с отцовским авторитетом, индивид может «взбунтоваться» против него. В определенных случаях тогда исчезают садомазохистские тенденции. Однако также возможен бунт, при котором авторитарная структура в основном остается незатронутой[63]. Так, например, ненавистный отцовский авторитет может быть устранен уже тем, что его место занял другой; этот процесс облегчается благодаря «поверхностной» структуре сверх-Я, которая свойственна всем предубежденным. Или мазохистский перенос на авторитет удерживается в области бессознательного, а оппозиция имеет место на демонстративном уровне. Это может привести к иррациональной и слепой ненависти против «любого» авторитета, смешанной с сильными деструктивными акцентами, спаренной с тайной готовностью к «капитуляции» и способной объединиться с ненавистными «более сильными личностями». Эту реакцию сложно отличить от настоящей неавторитарной; по причине чисто психологических критериев дифференциация почти невозможна. Здесь, как и в других случаях, важно только социальное и политическое поведение, по которому определяется, действительно ли человек независим или его зависимость заменена на негативный перенос.

У типа, который мы называем «бунтовщиком», негативный перенос зависимости связан со стремлением, по-псевдореволюционному выступать против тех, которые в его глазах являются слабыми. Большую роль играл этот синдром в национал-социалистической Германии: Рэм, который в своей автобиографии назвал себя «государственным преступником и предателем», является отличным примером этого. Здесь мы также встречаем «кондотьера», которого мы включаем сюда в соответствии с типологией, разработанной Институтом социальных исследований в 1939 году, и который был описан следующим образом: