В отношении несколько общей фразы «все люди равны» следует заметить, что кто свободен от стереотипности, тот скорее признал бы различия и судил бы о них позитивно. Возможно, она считает их «равными в глазах Бога» и выводит свою терпимость из этого распространенного мнения.
Насколько поверхностна ее прогрессивность, показало ее весьма агрессивное отношение к алкоголизму[69], который она называет одной из своих самых любимых тем и имеющий для нее почти то же значение, что и определенные параноидные идеи «фантазера» среди
Я также очень озабочена по поводу ее школы
Она также лелеет деструктивные фантазии, которые слегка вуалирует моральными рассуждениями:
Также и с курением, хотя я в действительности этим не очень обеспокоена. Никто из наших двух семей никогда не курил и не пил, за одним исключением. Сестра моего мужа курила. Сейчас она умерла.
Она рационализирует свою потребность наказания:
Если бы я завтра могла бы ввести сухой закон, я бы это сделала. Я считаю, нужно запретить все, что не делает человека лучше, что делает его хуже. Многие люди говорят, что если что-то запрещают, люди делают это тайно. Но посмотрите, как обстоят дела с убийством, воровством и наркотиками? Это все запрещено, однако некоторые люди идут на преступление, и мы не думаем о том, чтобы отменить запрет.
И в конце опроса появляется официальный оптимизм, характерная реакция против скрытого деструктивизма:
Если бы не существовали всегда вера и надежда на то, что все идет вперед, тогда наша христианская вера ничего не значила бы, не правда ли?
При изменившихся условиях, по-видимому, она будет готова присоединиться к субверсивному движению, пока она считает себя «христианкой» и «прогрессивно мыслящей».
Этот синдром в некотором отношении противоположен «авторитарному»
