Дальше кратко описывалась моя жизнь – родился, учился, служил… Родители и братья с сестрами. Точнее два старших брата и одна сестра, младшая. Но тут на меня навалились «спрятанные» воспоминания. Голова закружилась и я, последовав совету из инструкции, прилёг на матрас…
Да, я был тем самым Татищевым. Третьим в семье. Старший брат закончил институт и работал где-то на севере. Средний – пошёл в военное училище. А я… Я с детства грезил путешествиями. Записался в две библиотеки, прочел книги о великих путешественниках и первооткрывателях – от Марко Поло, Колумба и Васко да Гамы до Пржевальского, Нансена и Хейрдала. И, честно говоря, я не знал, куда мне пойти, чтобы получить «профессию путешественника».
Но тут советская власть «подошла к концу». Учёба стала делом недешёвым, а в семье мне намекнули, что деньги для учёбы есть только для одного. И меня поставили перед выбором – или я или младшая сестра. Но тут выручил средний брат, который к тому времени уже заканчивал военное училище. Он и порекомендовал мне пойти туда – и за учебу платить не надо и полное гособеспечение.
Так я стал курсантом. Но к выбору учебного заведения подошёл с умом – что бы в перспективе, когда уйду с военной службы у меня была «нормальная» специальность.
Став лейтенантом и имея в дипломе запись «Инженер», я был направлен в далёкий гарнизоны. Так я и мотался почти пятнадцать лет по разным заштатным гарнизонам. И уже собирался уволиться, как началась война. На которой я и погиб. Почти в такой же ситуации, как на том Осколке, где мы воевали с лагарами – я прикрывал отход штаба части.
Мне нужно было задержать противника на полчаса, но я прожил всего двадцать минут – мою пулемётную позицию довольно быстр вычислили.
Пулемёт – штука хорошая. Но вот тут противник побил «мою карту» «миномётным козырем» - разорвавшаяся в метре от меня мина не оставила мне никаких шансов…
Отлежавшись, я решил выпить обезболивающую пилюлю – сильно разболелась голова. Заодно и взял со стола папку. В ней были фотографии всей моей семьи, краткая справка по каждому. Оба старших брата были женаты, были дети, но…
Последний листок описывал жуть…
Мир, в котором меня убила миномётная мина, пережил меня всего лишь на три месяца.
Нет, он не погиб от тотальной ядерной войны, хотя всё к этому шло. И не был уничтожен другими действиями людей. Просто… в какой-то момент планета решила поменять полюса. И, на несколько часов, магнитное поле ослабло до минимума. И это как раз в момент сильнейшей солнечной вспышки!
На солнечной стороне люди умерли почти мгновенно. На теневой - прожили на несколько часов дольше. Затем тектонические сдвиги, сопровождающиеся разрушительными землетрясениями, добили остатки выживших и окончательно «похоронили» людскую цивилизацию…
«Ничего не осталось. Ни этих людей, что улыбались в тот момент, когда их фотографировали, ни того города… Ни-че-го!...»
Беспросветная тоска… Я сразу же вспомнил, что мне напоминает запах в этой каморке – так пахло на гаупвахте, в камере-одиночке для особо опасных. Когда я стоял в карауле, мне приходилось заходить(для проверки) в это «помещение». И вот здесь, пахло так же – отчаянием.
Я лежал на матрасе и крутил в руках коробочку, в которой осталась одна полосатая пилюля.
«Выпить? Или нет? Нужны мне эти воспоминания? А может… Может это проверка? Что-то вроде «зачета» на право обучения в Академии? А нужна ли она мне… Просто уйти… ходить по Дороге Миров, продолжать посещать различные Осколки… Но… Вряд ли меня туда пустят… А, с другой стороны, меня же не лишат статуса, и Знак не отберут! Значит в «монолитах» смогу обменивать бонусы на пайки…» - невесёлые мысли роились, сменяли одна другую, а час заканчивался. Я посмотрел на часы – осталось всего десять минут и мне надо принять решение. Встал с матраса и сел за стол. Ещё раз прочитал инструкцию. И положил коробочку с последней пилюлей на стол – я остаюсь! И в Академии и… со своей памятью. Это всё же моя жизнь!
Ровно через час, минута-в-минуту, комната чуть заметно дрогнула, словно остановилась и дверь открылась. Я снова оказался в коротком коридоре с дверь на противоположном от меня конце. И, как на входе, тут тоже стоял служитель-медведь. Только этот был не в сером костюме-тройке, а в синем рабочем комбинезоне на лямках.
- Решил? – спросил он у меня, когда я подошёл к двери.
- Да.
- Что решил?
- Я остаюсь.
- Тогда, как выйдешь, подходи к павильону, там, где комната ожидания ваших компаньонов, заберёшь своего и, пройдя через павильон, иди к остановке трамвая внутриакадемической линии. Сядешь в трамвай номер три и поезжай до остановки «Шестнадцатый Учебный сектор». Там тебя встретят.
Я было хотел сказать, что там нет моих компаньонок, но служитель лишь махнул рукой, рявкнул: «Не задерживай!» и я вышел из второй двери.
И оказался в небольшом сквере. Прямо передо мной была тыльная часть трехэтажного здания Приёмной комиссии, а справа – тот самый павильон.