— Ну, хорошо, включай, — Воланса уже устала общаться с Домом, вернее с Сунаой, и когда та спросила, какой вариант матрицы выбрать, снова молча стукнула себя по лбу. На удивление, Сунаа поняла ее жест и сказала:
— Хорошо, выберу случайным образом, но рекомендую попросить Сергея скинуть мне последнюю языковую базу. Тогда я буду меньше 'тупить".
— А почему сама не попросишь? — вдруг заинтересовалась вопросом Воланса.
— Сергей часто игнорирует мои рекомендации. Я даже несколько раз подавала по инстанции жалобы на некорректное поведение руководителя экспедицией. Но, к сожалению, единственный, кому я могу подавать жалобы — это сам руководитель. Логично, что он игнорировал жалобы на самого себя. Если же его попросишь ты, то вероятность положительного отклика от него многократно вырастет.
— Уф, как с тобой тяжело… — вздохнула Воланса, — ты можешь говорить как-то иначе? Я вроде бы тебя понимаю, но такое ощущение, что я разговариваю с деревом, — она помахала рукой, — с деревом разговаривать даже проще. Как с камнем! Я уже устала — ты мне будто в уши песок сыпешь и перетираешь мозги…
— Это с непривычки.
— Что-то мне не хочется привыкать.
— В таком случае, рекомендую прямо сейчас запросить у Сергея языковую базу и включить эмоциональную матрицу.
— Ладно, пойду схожу, — Воланса сделал попытку встать, но была остановлена словами Сунаа:
— Нет необходимости самой ходить. У тебя есть многофункциональный браслет, в котором есть функция связи. А так как связь по-умолчанию обеспечивается через меня, то я в курсе, что ты можешь им воспользоваться для связи с Сергеем.
— Что я могу? — жалобно простонала Воланса, которая с трудом воспринимала ломаный язык Сунаа.
— Просто подумай 'Звонок Сергею".
— Подумала.
— Хм… Браслет не распознал твою мысленную команду. У меня нет информации, почему. Возможно то, что ты принадлежишь иной расе, влияет на это. Насколько я знаю, все физиологические исследования мутов произвожу я же, но доступа к этой информации из этой виртуальной модели у меня нет. Она крутится в 'песочнице", и допуск из нее самый низкий, увы. Поэтому не могу сказать, что не так. Но есть другой вариант — нажми выделяющуюся розовыми оттенками секцию браслета, откроется меню с контактами.
Воланса посмотрела на него. Он действительно не был монолитным в цвете, но найти розовый оттенок она не могла.
— Хм… Возможно ты не различаешь розовые оттенки, хотя слово такое в твоем языке есть. Вероятно, в этой начальной языковой модели, оно означает несколько иное, или просто термин некорректен. Такое бывает. Рекомендую обратиться к Сергею, чтобы он поделился со мною текущей языковой моделью.
Воланса снова стукнула себя по лбу правой рукой. А левой прикрыла глаза. Потом нащупала подушку и, не открывая глаз, спрятала под нее голову.
— Великая Мать! Как же это сложно разговаривать с… Неужели, я такая же была? Вот почему мне кажется, что так и было? И сколько надо иметь терпения, чтобы со мной возиться? И ведь я не помню, чтобы папа или Сергей повышали на меня голос! Только Повелитель иногда вот так хлопал себя по лицу ладонями. Как я его теперь понимаю!
Проговорив эту мысль вслух, Воланса вдруг поняла, что эти близкие ей муты — отец и Сергей, на самом деле… Она для них была важна, несмотря на то, что мало чем отличалась от камня. А может наоборот, приносила немало неприятных моментов, но они терпели ее, не высказывали ничего такого, чего она сейчас хочет высказать этой… каменноголовой Сунаа!
— Впрочем, я сама недалеко от Сунаа ушла! — Вдруг вскинулась Воланса, — Совсем ты мне голову задурила! Уф, уф, уф! — отфыркнулась девушка и даже головой помотала. — Не надо мне думать 'звонок Сергею"! Мне надо просто его представить и все! — сказала Воланса, хотела бросить победный взгляд на Сунаа, но фактически смотреть было некуда, разве что на стены. Поэтому она просто оглядела комнату, представив, что эта комната и есть Сунаа.
— Значит, он просто сделал под тебя персональную настройку, — невозмутимо ответила та.
Тем временем, Воланса представила Сергея, но и это почему-то не сработало. Впрочем, она сразу догадалась почему — она просто представила его почему-то голым, каким видела утром, а голым он сейчас, наверное, разговаривать не хотел. Да и зачем ему сейчас раздеваться? Поэтому она представила его в его обычном 'скафе" черного цвета, и это сразу же сработало!
— Слушаю тебя внимательно, Воланса, — в голове девушки раздался родной, по сравнению с Сунаа, голос. И намного, намного приятней и чище по звучанию! Будто сладкий сок влился в ее уши и вымыл весь песок, что напихала туда Сунаа. Девушка облегченно вздохнула.
— Я в твоем Доме разговариваю с Сунаа, она просит скинуть на нее… Хм… Чего-то там из языка. Какой-то отжим, что ли, а то, говорит, не может хорошо по-мутински говорить. Я только не знаю, из какого языка надо делать отжим, из языка какого животного. И при чем тут животные, они же по-мутински не понимают…
Воланса прислушалась к подозрительной тишине.
— Сергей?
