Услышав крики, Мира боязливо втянула голову в плечи и ссутулилась, вид она имела жалкий.
– Прекратите кричать, ей и так плохо! – отрезала Ника и, больше не обращая внимания на ворчание шеф-поварихи, помогла Мире присесть на стул.
Затем нашарила на полке успокаивающий травяной сбор и, кинув несколько щепоток в чайничек, поставила его завариваться. Когда чай был готов, гномиха, не переставая бурчать под нос, все-таки сжалилась и достала из погреба бутылку знаменитой вишневой настойки, после чего добавила в чашку несколько капель.
Пока Мира пила свое успокоительное, Ника в который раз вчитывалась в написанные на листке строки, пытаясь понять их смысл. Но он ускользал, Ника не могла расшифровать ни одной фразы. Профессор Гвирел часто повторяла, что прорицание – вещь относительная, и зачастую сделанное предсказание может иметь двоякий смысл. Случается так, что прорицателю приходится расшифровывать свои же пророчества, и на это может уйти много времени.
Вскоре на кухню пришел Мик, несущий корзину, доверху наполненную мелкими зеленоватыми плодами, напоминающими орешки. Он водрузил ее на стол, к которому тут же подошел Феофан.
– Недозрели, – покачал головой старший повар, взяв в руку один из орешков, который имел наиболее спелый вид. – Но ничего, в этом году они и так начали очень рано плодоносить. А из этих померанцевых плодов мы сделаем отличное цитрусовое масло!
Девушки синхронно подняли глаза на поваров, и Ника переспросила:
– Как-как ты сказал? Каких плодов?
– Померанцевых, – повторил Феофан. – В саду академии растут померанцевые деревца. Раньше они не плодоносили, а в этом сезоне ни с того ни с сего начали зреть очень рано. На юге королевства есть целые плантации, и у нас плодам и цветкам померанца находят самое разное применение. Используют как украшения, добавляют в блюда, мы вот собираемся сделать из недозрелых ароматическое масло. Ваша профессор Гвирел давно для занятий просила…
Пока Феофан говорил, в мыслях Ники крутились строчки из Мириного предсказания: «Поминальное эхо прощальною песнею жажду пробудит, взрастив померанец…»
– Померанец… померанец, – про себя проговаривала Ника, неотрывно смотря на корзинку плодов.
Туда же был направлен взгляд Миры, которая, казалось, была готова вот-вот упасть в обморок. Вместо того чтобы обрадоваться правдивости своего предсказания, она пришла в полнейший ужас. Если до этого пророчество еще вызывало сомнения – ведь все-таки его сделала недоучка-первокурсница – то сейчас однокурсницы почти уверились в его силе. Ника уже давно поняла, что в Дагории, да и вообще в жизни нет места случайностям и совпадениям – все несет в себе какой-то смысл. И то обстоятельство, что померанец появился на кухне сразу же после сделанного пророчества, – прямое тому подтверждение.
– Скажите, а померанец в Дагории что-нибудь символизирует? – спросила Ника после минутного молчания. – Есть у него какое-нибудь аллегоричное значение?
– Для девушек – это символ чистоты и невинности, – подумав, ответил Феофан. – Невесты часто прикалывают его цветки к волосам…
Это было совсем не то – поминальное эхо и чье-то пробуждение совсем не вязались со свадьбой. Ника вновь задумалась, но ее мысли прервала заговорившая госпожа Лили.
– Померанец – символ бессмертия, – произнесла она, повернув голову в сторону Ники. – Издревле его цветами украшали храмы и приносили на могилы усопших.
Она сделала короткую паузу и добавила:
– Это знак души и жизни вечной.
Вместо того чтобы внимательно слушать лекцию по этикету, Ника то и дело возвращалась мыслями к словам, сказанным гномихой. Если рассматривать померанец как символ вечной жизни, то получается, что в строчках предсказания говорится о бессмертии? Но что имеется в виду под жаждой? Жажда чего? Она сломала голову, пытаясь понять смысл, и собиралась этим же вечером рассказать о предсказании Джолетте. Возможно, вместе им удастся быстрее в этом разобраться. Конечно, не помешало бы просветить на этот счет и лорда Грэма, но сейчас это был последний человек, с кем Нике хотелось говорить. Он и так внес в ее жизнь немало сумятицы, и требовалось время, чтобы взять под контроль взбудораженные чувства и разобраться в себе.
– Когда вы угощаетесь закусками, следует помнить, что их необходимо съедать за один укус, – тем временем говорила профессор Феоне. – Делать это нужно очень аккуратно и изящно, ни в коем случае не смеясь и не разговаривая. Напитками на балу можно угощаться в любое время, но закусками – лишь до начала и во втором перерыве между танцами. Адептка Зорина, вы меня слушаете? – без перехода обратилась она к Нике.
Вынырнув из размышлений, та поспешно кивнула, и в этот момент дверь аудитории распахнулась, явив всем лорда Грэма.
«Легок на помине», – подумала Ника, чувствуя, что явился он по ее душу.
Так и оказалось.
– Профессор Феоне, могу я украсть у вас адептку Зорину? – спросил он лишь из вежливости.
– Разумеется, – отозвалась преподавательница, глаза которой при виде декана странно заблестели.
