– Мне надо написать несколько писем. Потом я выеду пораньше, чтобы застать Чэйсона дома. Будет лучше, если мы поговорим вдалеке от стен Парламента. Джеймс наверняка будет наблюдать – не хочу, чтобы он раньше времени понял, что его план провалился. Впрочем, долго я вам поспать не дам, у меня к вам будет поручение…
– Какое? – Цзиянь сонно моргнул, понимая, что голова его клонится к груди и в ближайшее время он вряд ли будет на что-то способен.
– Вам надо будет навестить всех наших друзей – Амелию, Джона и мистера Черча. Паровая машина должна быть в полной готовности к… Во сколько там планируется начало заседания?
– В полдень.
– Стало быть, к полудню все должно быть готово. Я рассчитываю на вас, Цзиянь.
Мистер Мирт пошел к дверям – писать письма намного удобнее из кабинета. Его задержал вопрос Цзияня:
– Так мы спасем членов Парламента… Но что мы сделаем с Джеймсом?
Мистер Мирт обернулся, придержав створку двери, и ответил:
– Зная Джеймса, он не позволит нам так легко сорвать его план. Поэтому прошу вас, Цзиянь – не пренебрегайте оружием хотя бы сегодня. Никто не знает, что случится. Я не знаю. Нам надо быть готовыми ко всему.
Габриэль, что у вас там происходит?..
Слухи, которые долетают до нас, очень… тревожат. Надеюсь, что кое-кто не сошел с ума, а то последние письма привели меня в ужас. Одно дело – жить в безопасности и наслаждаться безумными идеями мести, и совсем другое – отправиться их воплощать. Я узнал, что он покинул страну. Его же убьют, если он вернется!
Братишка, я знаю, как это глупо звучит, но… Сделай что-то, если у тебя только есть возможность, ты же близок к власть имущим нынче.
У меня руки чешутся самому что-то сделать! Я сижу, сижу на месте… Но если что случится…
Я знаю, что мне нельзя возвращаться в Лунденбурх, но я готов рискнуть, если на то будет необходимость.
Держи меня в курсе.
Волнуюсь.
А.
P. S. Привет от Миланы. Ты скоро станешь дядюшкой, знаешь? Если тебя когда-нибудь выпустят из страны, ты обязан навестить нас в Афинах.
P.P.S. Поздравляю с триумфом! Я читал газеты – ты победил!
Мистер Чэйсон Уолш завтракал по обычаю с женой и детьми и утренних визитов не ждал. На столе перед ним стоял омлет из нескольких яиц, блюдо с фасолью, жареные сосиски и маленькая плошка с грибами. Кухарка по имени миссис Пимбли аккуратно вливала в молоко крепко заваренный чай, стараясь сделать его точно такой крепости, которую предпочитал мистер Уолш.
Вот почему визит мистер Мирта застал его врасплох.
Мистер Уолш только собирался пуститься с дочерью в обсуждение деталей грядущей свадьбы, отчего был особенно сварлив.
– Мирт, при всем уважении, вы не вовремя… – проворчал он, провожая мистера Мирта в свой кабинет.
Мистер Чэйсон Уолш был из тех добродетельных джентльменов, что тщательно разделяют работу и частную жизнь, а потому ему и в голову не пришло предложить нежданному визитеру хотя бы чашку чая.
Мистеру Мирту было, однако, не до излишних расшаркиваний – едва за ними закрылась массивная дубовая дверь, как он стремительно перешел к делу.
– Мистер Уолш, сегодня в полдень здание Парламента взорвут вместе со всеми, кто находится внутри.
– Что? Чушь! Парламент – самое безопасное место в Лунденбурхе! Откуда вы взяли такой бред?
– Это не бред, к сожалению, это правда, – терпеливо продолжил мистер Мирт, понимая, что придется непросто. – Я знаю из достоверных источников – кое-кому вы знатно насолили, и он решил таким вот образом вернуть вам должок.
– И кто же это? – в голосе мистера Уолша не слышалось ничего, кроме непробиваемого скепсиса.
– Блюбелл, – коротко ответил Мирт. – Джеймс Блюбелл.
Следующие несколько мгновений мистер Уолш чувствовал себя подобно рыбе, выброшенной из воды – хватал ртом воздух и пытался хоть что-то выдавить из себя в качестве ответа. Мистер Мирт терпеливо ждал.
– Так, стало быть, вы проигнорировали Право на смерть? – наконец определился с репликой мистер Уолш.
Мистер Мирт не сдержал нервного смешка:
