– Ты хочешь сказать, что вчера вы слонялись вокруг тела жертвы убийства, которую к тому же отравили? Жертвы, которая, скорее всего, окажется студентом, убитым в кампусе?
Джейн попыталась ответить как можно более легким тоном, споласкивая кофейную чашку:
– Ну, тогда же никто не знал, что…
– Я не о том. – Скотт подошел и встал к ней лицом. – А тебе, или твоему приятелю из университета, или этому
Джейн прикусила губу.
– Значит, наблюдал… – Скотт начал ходить из стороны в сторону. – Небольшая толпа или просто парочка одиночек? Кто-нибудь привлек твое внимание?
– Мы вообще-то возились с трупом…
– Великолепно. Просто великолепно, Джейн. Господи боже, после Атланты мне не надо тебе говорить, что…
– Вот именно, не надо. – Он взяла его кружку и тоже сполоснула под краном.
Скотт перестал мельтешить, подошел к ней и заговорил уже мягче:
– Прости. Конечно, я не должен… Слушай, а что там был за яд?
– Я не знаю – какое-то вещество, парализующее мышцы, но оставляющее сознание ясным. – Джейн поставила кружки в посудомойку.
– Погоди, как при смертельной инъекции?
– Да, детектив ее упомянул… А ты откуда знаешь?
Скотт нетерпеливо потряс головой.
– Я хочу, чтобы сегодня ты была очень осторожна. Можешь поговорить с этим парнем, Мэттом, или как его там…
– Скотт! – Джейн почувствовала, как у нее повышается давление, и заговорила громче. В глубине души она была согласна со Скоттом, но не могла заставить себя признаться в этом вслух. – Не вздумай мне говорить… ты не можешь… это не… ты не имеешь к этому отношения!
– Ты права. – Скотт вытащил из кармана мобильный телефон. – Я не имею к этому отношения.
Джейн и Стили мчались по шоссе, врубив радио на волну 98.7, под грохот мелодии «Киллерз», вывернутой на полную громкость, с опущенными стеклами – только музыка и никаких разговоров.
Парковку Департамента полиции Лос-Анджелеса окружал забор, но в будке охраны никого не оказалось. Джейн припарковалась на первое свободное место и загнала пикап поглубже, чтобы кузов не торчал на проезде. Она предпочла бы въехать на парковку задом, придерживаясь принципа о быстром бегстве, – эта привычка сохранилась у нее со времен работы на НАТО в Боснии. Несколько лет назад Стили указала ей на то, что такую «привычку» можно считать симптомом ПТСР, поскольку никуда убегать ей больше не нужно, а пикап они оставляют на и без того перегруженных парковках Лос-Анджелеса. Сейчас она заметила с удовлетворением:
– Капотом вперед. Это прогресс.
– Вообще-то я боялась задеть соседние машины, если буду сдавать задом.
Прежде чем ответить, Стили подождала, пока они вылезут из кабины.
– Я-то решила, ты хочешь, чтобы я считала, что ты «поправилась»… Но нет, ты не захотела возлагать на меня груз заблуждения. Позаботилась, спасибо большое.
– Ладно тебе. Я поняла, – улыбнулась Джейн, переходя за ней следом через парковку к задним воротам «Паркер-центра» – здания куда более масштабного, чем можно было подумать по узенькому входу. Офицер на посту охраны велел им ждать. Позвонил по телефону. Очень скоро из здания появился детектив Уэст.
Джейн заметила, что мобильный Уэста, его значок и пистолет закреплены на ремне оранжево-коричневого цвета, в тон ботинок. Когда он подошел поближе, ей в глаза бросилось то, что голубая рубашка выгодно оттеняет его светло-каштановые волосы и карие глаза. Он определенно следил за модой. Пока детектив шел к ним с приветственной улыбкой на лице, Джейн подумала, что, пожалуй, поспешила вчера с выводами, заподозрив в нем парня, маскирующего пивной животик с помощью ярких галстуков. Даже если он что-то и маскировал, это не шло ни в какое сравнение с тем, как она скрывала симптомы ПТСР от Скотта, пять лет общаясь с ним только по телефону.
Джейн подавила желание покачать головой, как собачка с торпедо, – не ей было его судить.
Уэст обратился к ним:
– Спасибо, что приехали, – и пожал обеим руки.
– Рады помочь, чем сможем, – сказала Стили.
Он широко улыбнулся.
– Санчес ждет внутри.
Они проследовали мимо рядов припаркованных черно-белых полицейских автомобилей и по пандусу прошли в здание. За дверями оказался холл, как из среднестатистической американской школы: покрытые натертым линолеумом полы, деревянные двери на равных интервалах, стеклянные витрины с наградами и фотографиями офицеров, питьевые фонтанчики на стенах. Они поднялись наверх и пошли вдоль длинной стены с окошками. Судя по табличке, за стеной располагались отделы ограблений и убийств. Уэст распахнул перед ними дверь.
