Его хватка ослабла, и он вовсе отпустил меня. Я вскинула брови, желая, чтобы он сказал что-то в ответ, и он медленно произнес:
- Ты не бесишь меня. Просто это не очень хорошая идея, чтобы ты была сейчас рядом со мной.
- А что, в тебе снова могут проснуться инстинкты убийцы?
Он отступил от меня, и я решила, что задела его своими жестокими словами, но на его губах заиграла снисходительная усмешка:
- Если ты хочешь чем-то задеть меня, то ты должна включить свою фантазию, на всю мощь.
Ну вот, теперь мне стало не по себе. Я прогнала это ощущение, и спросила:
- Так и что... Серена говорила правду? Она действительно сказала твоей матери, что ты умираешь из-за того, что не смог убить меня? Забрать свою душу?
- Да. Она сказала это.
- То есть, - мой голос окреп. - Ты говоришь, что твоя мать раньше пыталась убить меня, чтобы не дать стать тебе человеком, а теперь пытается убить меня, чтобы... отомстить, за то, что из-за меня ты умираешь?
- Нет, теперь она хочет сама извлечь душу, чтобы вернуть ее мне. Она поняла, что если в итоге я все равно умру, то лучше позже.
- Ты говоришь так, словно я какое-то устройство, - сказала я, и тут же продолжила, заметив, что Кэри Хейл хочет что-то сказать. - И после того, что ты узнал, что твоя мамочка охотится за мной, ты хочешь выгнать меня? Значит, тебе все-таки, все равно, что со мной в итоге произойдет?
- Нет. Я не хочу, чтобы ты была со мной, потому что здесь она будет искать тебя в первую очередь. Габриель поймет, что я захочу тебя спрятать, а это сделать лучше всего рядом с собой. Но у меня нет сил, бороться с ней, если она придет, и попытается тебя убить. Я едва стою на ногах.
- По-моему, ты очень хорошо стоишь на ногах, - вставила я, демонстративно посмотрев на его ноги. На его длинные ноги, обтянутые черными штанами. Хм...
- Хватит разглядывать меня.
- Я не разглядываю. Просто ты не выглядишь умирающим.
- Это хорошо, может быть я проживу еще несколько месяцев. В лучшем случае, - обронил Кэри Хейл, и направился к двери. Я уставилась на его спину, замерев от чувства беспокойства.
Он говорит о своей предполагаемой смерти с такой легкостью, словно у него нет сомнений, что так или иначе это произойдет, и еще хуже, что он смирился с этим.
Он действительно умрет?
То есть, исчезнет с земли, и я буду знать, что не встречусь с ним случайно? Что не случится какая-нибудь неожиданность, и я не окажусь рядом с ним? Он не придет больше ко мне, чтобы предупредить меня?
Хуже всего то, что я знаю, что даже после смерти Кэри Хейла время не остановится. Часы не вернутся назад, и сейчас я просто теряю время, злобствуя, сидя в его комнате на верху. Я вспомнила своих родителей, и то, как я бесилась, каждый раз, когда мама с папой уезжали, и как Алекс просил меня быть терпимее. Я не хотела быть терпимее, потому что думала только о себе, и своих задетых чувствах. Если бы тогда, я знала, что произойдет, я бы не устраивала истерик. Или если бы это случилось, и они уехали, я бы звонила им каждый день, и ни разу, при разговоре не намекнула на то, что иногда сомневаюсь, не удочерили ли они меня, чтобы в семье была хоть одна девочка.
Я пошла за Кэри Хейлом, уже приготовив список вопросов.
Выйдя из комнаты, я посмотрела вниз, на первый этаж и удивилась: гостиная и холл выглядели так, словно Кэри Хейл собирался уезжать - мебель стояла в чехлах, и даже запах был какой-то заброшенный. Похоже, Кэри редко спускался вниз, из своей комнаты.
Все это не понравилось мне.
Он словно уже умер.
Я нашла Кэри на кухне, готовящим яичницу с беконом.
- Я решил, что ты должна поесть, - сказал он. С чего бы такая забота? - Перед тем как ты уйдешь.
А, теперь ясно. Все-таки он хочет, чтобы я ушла. Вот жалость, потому, что его желанию не суждено сбыться.
- Серена сказала, - тщательно подбирая слова заговорила я, присаживаясь за стол, за которым мы говорили неделю назад, - что ты умираешь, потому что влюблен в меня.
- Серена...
- Лжет, я знаю, - закончила я. Он не любил меня. Он преследовал меня чтобы забрать свою душу, вот и все.
Кэри Хейл выключил конфорку, достал с полки тарелку, и положил еду на нее. Он обернулся ко мне, и произнес:
- Нет, она не лжет. Думаю, это правда.
- Что значит "ты думаешь"? - дрогнувшим голосом спросила я.
Нужно вести себя естественно, словно я этого не слышала. Как только слова дойдут до мозга мое сердце снова устроит этот марафон в груди, а кровь прильет к щекам.
- Не думаю. Она права. - Кэри Хейл, как ни в чем не бывало, подошел ко мне, поставил передо мной яичницу с беконом, положил вилку и нож, и сел рядом на барном стуле.
- Как-то ты легко об этом говоришь, - проворчала я, стараясь скрыть смущение. Я стала проглатывать еду, чтобы еще чего-то не сказать. Горло обожгло.
Кэри Хейл уставился на меня:
- А как я должен говорить об этом? У меня нет души.
- И как тогда ты можешь кого-то любить, если у тебя нет души? - Я стала злиться. Зачем он снова мне голову морочит?!
- Потому что это ты, а не кто-то другой.
- И что это должно означать?
Я вижу, что ему нравится бросаться двуличными фразами. Ему нравится, когда я не до конца понимаю смысл.
