Болезненный крик разорвал гнетущую тишину в гостиной. Я подтянула колени к себе еще ближе, обняла их руками и смотрела, как скулил и выл парень, пытаясь обернуться. Жуткое зрелище.
— Я не могу, — прошептал он в перерывах между болезненным превращением его рта в волчью пасть. — Не могу… — и постоянно выл.
Потом Рихард прервал оборот и сжался в позу эмбриона, подрагивая. Мне было жаль его, но показывать это парню было бы ошибкой и могло только всё усугубить. Я вышла на крыльцо и села на ступени. Уже смеркалось. А лес манил прохладой и хвойным запахом. Дора последовала за мной и присела рядом.
— Он ведь сможет? — тихо спросила я.
— Не знаю, если сила воли его сильна, то да.
Я покачала головой, ведь сама проходила через похожее. Но я никогда не говорила: «Не могу». У меня была цель, и я шла напролом к ней. Что если Рихард окажется слабым? Не хотелось бы ему такой жизни. Совсем еще молодой и уже без оборота. И кто мог такое сделать с ним? Хотя у меня есть подозрения по этому поводу…
— Я не смогу, — раздался сиплый голос за нашими спинами.
Рихарда шатало из стороны в сторону, и он вцепился в перила. Я посмотрела в его потухшие глаза и понимала, что он готов сдаться перед болью и трудностями. Поэтому я не могла позволить ему спасовать.
— Сможешь, — твёрдо проговорила я и встала.
— Ты не понимаешь, насколько это больно! Не помогают даже таблетки! — закричал парень и был готов заплакать
Но я не хотела, чтобы Рихард это сделал, иначе потом он не простил бы себя за свою слабость. Я подняла руку, прерывая его отчаянные крики.
— Я понимаю, как никто другой.
— Да что ты…
Рихард так и недоговорил, потому что замер с раскрытым ртом. Не раздеваясь, я обернулась в тонконогую белую волчицу, разорвав на себе белье и легкий сарафан, затем подалась к нему и укусила за руку.
— Оу! — хрипло выдавил он. — Ты же… человек… Но как?..
— Главное — захотеть. Кристина пробудила свои гены и тоже страдала и билась в агонии так же, как и ты. Только спустя полтора года она вернула свою суть.
— Не может быть…
— Может, — ответила ему Дора и погладила меня.
А я лизнула ее в руку, махнула хвостом и толкнула Доротею в бедро. Та сразу меня поняла и достала из кармана широких штанов спрей и начала меня опрыскивать.
— А что вы делаете? — Рихард начал принюхиваться. — Зачем вы ее опрыскиваете этой вонючей гадостью? Ай!
Я снова цапнула его, только уже за ногу.
— Это от комаров, — рассмеялась Доротея и, хлопнув меня по боку, отпустила в лес.
Но прежде чем скрыться в тени веток, я услышала голос Рихарда:
— Хочу еще попробовать…
Я бежала по лесу, утопая в мягком ковре из листвы, иголок и молодого мха, затем пружинила и отталкивалась лапами, петляла, подныривала под поваленными деревьями и перепрыгивала влажные от вечерней сырости камни. Я мчалась, словно ветер, пока не послышался едва неуловимый хруст ветки. Я повела носом и учуяла зайца. Пасть наполнилась слюной, и азарт полыхнул в крови. Я резко свернула в сторону и напала на след петляющего зверька. А через мгновение уже было все кончено, и я сытая, довольная потрусила в сторону лесного озера, чтобы смыть с морды кровь.
Гладь озера слегка поблескивала в лунном свете. Вода была теплой, словно парное молоко. Она так и манила, чтобы окунуться, и я не выдержала — с разбега вбежала в воду и поплыла, отфыркиваясь, на середину озера, наслаждаясь свежестью.
Наплававшись вдоволь, я расслабилась и решила медленно потрусить в сторону дома. Затем стряхнула с себя воду, запуская сотни капелек в стороны и потянувшись, медленно побежала в лес.
Вдруг я почувствовала чужое присутствие. Если раньше меня это не беспокоило, потому что, в основном, здесь появлялся Рон, нашедший меня парень и его сменщик, то новый визитёр заставил меня напрячься. Я встала и навострила уши. Оборотень и явно большой. Он шел и, не скрываясь, наступал на сухие ветки, которые трещали и выдавали его. Я повела носом по ветру и поняла кто это… Мое сознание в теле волчицы беспокойно заметалось. В этой ипостаси мне было сложно контролировать свои инстинкты, которые вопили и кричали, что этот волк безумно восхитительно пахнет. Самец — сильный, опасный и из нашей стаи. Мое тщедушное тело напряглось, я вдыхала запах густого леса, влажной почвы и его личного мускуса, с нотками горечи и цитруса. Шальной коктейль для меня в теле волчицы.
Волк вышел передо мной. Огромный, в три раза больше меня. По сравнению с ним я была совсем тонкой и худой. Я стояла, не шевелясь, пока он обходил меня по кругу, порыкивая, и то и дело обнюхивал меня.
И чем дольше это происходило, тем в большей опасности я была. Марк почувствовал, что я собираюсь сбежать и тут же зарычал, прикусив за холку.
Но лучше он этого не делал, так как моя волчица окончательно потеряла голову, как и я в ее теле. Все нервные окончания встрепенулись, инстинкты оголились, но тут…
Наше знакомство прервала… белая волчица. Высокая, красивая и крупная. Под стать Марку и его… Луна.
Злое рычание вырвалось из моей пасти. Я встала перед Марком и оскалилась на напрягшуюся хищницу.
