— Не притворяйся! — зарычала я ей в лицо и дёрнулась из рук оборотней, но меня рывком вернули назад, больно схватив за волосы. — Он мой истинный!
— А-а-а-а, — протянула эта стерва и захохотала. — Ребята, вы слышали? Она ваша Луна, — и все дружно загоготали, кроме беты, который хмуро переводил взгляд с веселящейся Ланы на меня. — Не смеши меня. Ты, чокнутая дрянь, решила убить альфу, а теперь выдумываешь небылицы…
Но только я хотела спросить, как тогда Лана до сих пор спокойно ходит, а не воет по Марку. Как вдруг ее скрутило, и она не упала только благодаря рукам беты Марка, который удержал ее.
— Вот видишь? Подтверждение, что моя волчица потеряла своего волка, уже началось… Ты ответишь мне, всем нам… Ты оставила стаю без альфы… — она, сцепив зубы, замычала: — А ты посмотри на себя. Если бы твои слова каким-то чудесным образом оказались бы правдивыми, то сейчас страдала бы ты, а не я. Не правда ли? — Лана снова оскалилась, переживая судорогу боли, прокатившуюся по ее телу, а потом поджала губы и процедила: — А знаешь, что я думаю, наш милый ключик? Ты почувствовала будущую связь с Рихардом.
— Что ты несешь?! — захрипела я.
— А что? С чего бы он перебрался к тебе жить? О-о-о, хочешь, я докажу тебе? — мерзавка подскочила слишком резво для той, кто испытывала приступ боли от потери связи к Марку.
Затем, не мешкая, она вскинула Рихарду опущенную голову, полоснула отросшими когтями по груди, проливая его кровь, и по щеке, не щадя бедного мальчика. Я закричала изо всех сил и рванула навстречу, но тут же была притиснута к полу.
— Вот видишь? Тебе даже больно смотреть на это. Что и требовалось доказать. Вот ты с этим волчьем недоразумением и его отцом (если он, конечно же, был), решили заманить моего супруга и убить его. Ведь это очевидно, что во главе стаи этому щенку честным способом не встать!
Но сказать ей, что тоже начала переживать разрыв, я не успела, так как с громким криком Луна потеряла сознание. Меня, больно пнув в спину, рванули вверх, напялили мешок на голову и повели из дома, не забыв при этом надеть какие-то странные кандалы. Я с удивлением потёрла запястья.
— Даже не пытайся перенестись. Это блокираторы. Ничего не выйдет, — тихо сказал бета.
А я поняла, что мой план сбежать вместе с Рихардом растворился в воздухе. И что теперь делать, я совершенно не понимала. Разве что ведьме я еще нужна… Все же столько «вложив» меня, она не захочет потерять такую возможность к открытию портала. Правда, теперь расстановка сил немного поменялась, что на самом деле с Марком было неизвестно. Но я все же надеялась, что он не мертв и борется за жизнь. Интересно, откуда у Ланы такие наручники? Сдается мне, что ведьма ведет двойную игру даже сейчас. Она точно помогает этой твари, вынуждая меня отыскать путь на Варрес. А все то, через что я прохожу, это ничто иное, как способ показать, насколько она изобретательно и убедительно может действовать. Но вопрос, почему именно я могу выудить информацию о Варресе, остаётся открытым. Не думает же она, что я куплюсь на ее слова? Не верю ей. Здесь точно что-то не так…
Только вот от осознания этого факта, легче не становилось, как и от признания того, что я совершенно бессильна перед ней. Отвратительное чувство — быть марионеткой в руках умелого и сильного кукловода — не покидало меня.
Ехали мы недолго, и вскоре нас выволокли из машины. А потом меня толкнули в спину, и я полетела вниз, больно ударившись коленями об утрамбованный земляной пол. Я сдернула мешок с головы и увернулась от падающего Рихарда, который с глухим стуком тоже упал на четвереньки. Я помогла ему стянуть с головы мешок, а затем облокотиться на бетонную стену шестиметрового колодца. Услышав, как сверху что-то лязгнуло, я подняла глаза вверх и увидела решетку. Сопровождающие сразу же удалились, и я снова вернула все внимание подростку.
— Рихард, ты как? — я поспешила снять с него футболку, чтобы осмотреть рану, нанесенную Ланой, и… замерла.
Рихард перехватил мою руку, достаточно крепко сжав ее.
— Все в порядке, — тяжело сглотнув, проговорил он.
— Что она с тобой сделала? — я провела пальцами по зарубцевавшимся розовым полоскам, оставленными когтями оборотницы, не понимая, почему так быстро затянулись раны.
— Вернула волка, — Рихард откинул голову на стену и посмотрел вверх.
Я нервно сглотнула:
— Расскажи…
— Это было безумно больно. Я думал, что сдохну прямо там, в комнате, — он замолчал и продолжил: — Зачем ведьме возвращать мне волка? — парень снова посмотрел на меня.
— Я не знаю, — я села рядом плечом к плечу и тоже затылком прислонилась к холодной бетонной стене.
— Это правда? — спустя некоторое мгновение спросил меня Рихард.
— Ты о чем?
— О том, что ты истинная… Марка?
— Да, правда.
— Так вот почему ты мазалась той вонючей гадостью. Но почему ты молчала и так долго это скрывала?
Я посмотрела на него и поджала губы:
— Был печальный опыт супружеской жизни и зависимости от пары. Не хотела повторения.
— Дядя Марк не такой, — покачал головой Рихард, а я тяжело вздохнула:
— Он уже знает, кем я ему прихожусь… Только вот… где он и что с ним?..
