Когда я увидел мою девочку, бледную и без признаков жизни, то ощутил, что словно нож вонзили мне в сердце. Меня, окутал страх и непонимание. Жива ли она? Или её больше нет? Но чем дольше я смотрел на все это, тем больше меня накрывала злость. Она была огромная, неконтролируемая, словно тень окутывала меня поднимаясь из глубин моей дыши. От этих эмоций я издал протяжный волчий рык, он оповещал присутствующих о том, что сегодня здесь в живых не останется никого. Показав клыки, я бросился в бой. Никогда мы с моим внутреннем волком еще не были настолько едины, как в этот момент. От страха кто-то бросался на меня, кто-то пытался убежать. Но мне было не важно, всех настигнет справедливость. Пелена боли окутала меня, от осознания, что я нашёл пару и, возможно, успел потерять. Мне хотелось все рвать, крушить, убивать. Раскидывая волков на своём пути, я наконец догнал Макса, который спешил в вертолёт, чтоб поскорее убраться отсюда. Он был по-прежнему в обличии человека и специально не превращался, потому что знал, что для меня это будет низко и подло сражаться с ним в таком виде. Но это все равно не спасёт ему жизнь. Он стоял у вертолёта, но не успел зайти внутрь, пилот уже был в полной готовности, чтоб взлететь. Я подступал, медленно, не спеша, рыча и давая ему последний шанс сразится честно. Но неожиданно Макс крикнул, — О смотрите твоя девка стоит, — показывая пальцем мне за спину, я обернулся, но там никого не было. В этот момент он достал пистолет и выстрелил в меня. Возможно, это лучший исход, на который можно было рассчитывать, ведь теперь я со своей любимой девочкой буду вместе, навсегда. Дальше лишь темнота.
6
Артём
Вечером я не мог никак связаться с Егором, поэтому решил уточнить, заселились ли они в отель. Когда мне сообщили, что ещё нет, то я позвонил узнать, а приземлился ли вообще самолёт? Получив отрицательный ответ, поднял людей, и мы проверили на радарах, не видно ли самолёта, ну мало ли, всякое может быть. Но там тоже ничего. Была объявлена тревога и объявлен поиск в квадрате, где я последний раз получал геолокацию от брата. Высадившись в нужном месте, оборотни принялись прочесывать тайгу. Тридцать лучших ищеек. Они прекрасно видели в темноте идеальный слух и умение различать запахи на большом расстоянии, а главное скорость. Мы разделились и пошли в разные стороны, периодически издавая волчий вой в надежде, что нас услышат.
Я всю ночь искал брата, а под утро перебрался в вертолёт и стал искать с воздуха. Мы кружили над лесом, пока один из пилотов не крикнул, — О, смотрите, там вроде самолёт, — подлетая ближе, мы действительно увидели выгоревший самолёт. А вскоре обнаружили Егора и Ксюшу, оба были без признаков жизни.
— Бегом звоните в ближайшую больницу, пусть готовятся, — с этими словами мы направились по указанным координатам в надежде, что ещё не поздно.
Егор
Открыл глаза, яркий свет сильно слепил. Вокруг было все белое.
— Егор! — громко кто-то крикнул и бросился меня обнимать. Ксюша? Она жива или это я умер? Зрение никак не хотело фокусироваться, а когда получилось, то я увидел маму. Они с отцом стояли в палате. Она рыдала, обнимая меня. Отец молчал.
— Сынок, слава богам, что ты очнулся. Мы с папой так переживали. Как ты себя чувствуешь?
— Все хорошо. Вы как здесь? И где Артём?
— Он скоро будет, — ответил отец. — Ладно, дорогая пойдём, ему нужно отдыхать, мы позже поговорим, думаю нам есть, что обсудить, — похлопав по плечу, они с мамой вышли из палаты, а я остался один. Ко мне были подключены всякие капельницы, на мониторе пищал пульс и прочая ересь. Что за цирк они устроили, я оборотень, а не умирающая девица. Тут дверь открылась и вошёл брат.
— Егор, я рад, что ты жив, — он радостно улыбался и даже подошёл, и приобнял меня аккуратно.
— Артём! Что за хрень ко мне подсоединена? И что с Ксюшей? — после этих вопросов улыбка с его лица пропала.
— Егор, давай потом обсудим, отдыхай, набирайся сил, — он уже открыл дверь, чтоб выйти из палаты.
— Артём! Говори, как есть! Не надо тянуть время! — по лицу брата видно было, что он не хотел рассказывать.
— Понимаешь, мы когда вас забрали, то сразу в больницу направились. У тебя была сложная операция, ели спасли, ты потерял много крови и пару дней не приходил в себя, — он рассказывал, а я с каждым словом понимал, почему Артем тянет время и к чему он ведет, но не хотел в это верить.
— Продолжай, — еле выдавил из себя.
— А что касается Ксюши, то она никак не хотела приходить в себя. Сильное сотрясение. Было кровоизлияние. Мы пытались. Мне жаль, — после этих слов время остановилось.
— Это что? Шутка такая?
