Генерал некоторое время помолчал, потом твердо произнес — да мой Фюрер, более того, мы, особенно в свете того, что творят на оккупированных славянских территориях националисты и войска СС, сейчас сделали своим непримиримым врагом единственную страну, которая в принципе могла бы поддержать наши притязания на захваченные в Европе территории.
Вы считаете, что Сталин, до тех пор, пока я нахожусь у власти, не пойдет ни на какие переговоры с Германией?
Томас вздрогнул, но, сдержав нарастающее нервное напряжение, твердо ответил — да, национал социалистическая партия и ваше правительство слишком дискредитировали себя в его глазах, особенно — ничем не спровоцированным нападением.
Гитлер мрачно произнес — они вполне были готовы к такому развитию событий… и явно лучше, чем мы…
Остановил пытающегося возразить ему Георга жестом руки и, внимательно глядя ему в глаза, спросил — вы можете ответить мне на один вопрос предельно откровенно господин генерал!?
Это ваше мнение — мнение военного или вы получили какую то неординарную информацию по этому вопросу?
… Я не совсем понимаю, что вы подразумеваете под "неординарной информацией"!? Вся эта информация имеется в материалах генерального штаба и в моих работах есть на нее ссылки.
Я имел в виду некую трансцендентную информацию.
Мой Фюрер, начал возмущенно Томас, я военный и экономист, мистические проблемы вне сферы моих интересов…
Хорошо, хорошо…
Гитлер еще раз прошелся по кабинету, видимо окончательно принимая какое то тяжелое для него решение.
Господин Томас, я хочу предложить вам должность генерал губернатора всех оккупированных восточных территорий, с правом вето на действия любых имперских структур в отношении гражданского населения. Что бы это не было фиктивной должностью, соответствующий циркуляр об обязательной поддержке всех ваших решений, за моей подписью, уже подготовлен и будет разослан всем подразделениям СС и вермахта.
Вам так же дается право на самостоятельный контакт по линии красного креста с противником, без принятия политических решений и деклараций.
Еще раз прошелся по кабинету и тяжело, без обычного для него пафоса произнес — я солдат и не боюсь смерти, страшно знать, что станешь самым проклинаемым человеком для того народа, которому служишь.
Канарис посмотрел на сидящего напротив, в глубоком кресле, Гейдриха и мысленно хмыкнул — да, шеф СД, главного управления имперской безопасности, в штаб квартире Абвера — что бы такое произошло, в рейхе должно было сдохнуть что то значительно большее, чем соседская кошка.
Мой дорогой друг — Канарис на правах хозяина первый прервал затянувшиеся молчание — прекратил ли наш обожаемый фюрер свое затворничество!?
Гейдрих поморщился — прекратите адмирал, нам сейчас не время играть в политику. Как видите, я даже согласился на совещание в вашей штаб квартире и не требую от вас выключить все записывающие аппараты.
Нам нужно немедленно выработать свою окончательную позицию по теме доктора Плюмера и его симбионта.
Мы оказались в очень сложном и двусмысленном положении на восточном фронте и ситуация очень проста: либо мы принимаем все, что говорит этот психопат, Плюмер, за объективную данность — и это требует изменения всей нашей партийной и военной политики; или это просто еще одна тщательно подготовленная и великолепно проведенная операция нашего противника — и мы должны действовать в пределах наших традиционных решений и методов.
Канарис вежливо поправил — я бы скорее сказал выработать позицию по теме симбионта.
Химическими препаратами и гипнозом личность доктора Плюмера разрушена полностью.
То есть, вы считаете, что мы действительно столкнулись с пришельцем из будущего — волнение явственно сказывалось на речь Рейнгарда.
Канарис внутренне усмехнулся и подумал… что мой дорогой друг, не удалось усидеть на двух стульях и информация по окончательному решению еврейского вопроса, старательно и профессионально слитая русскими в печать, поставила твоих западных собеседников в неприятное положение… — в этом не может быть никаких сомнений для человека, достаточно хорошо знающего, что из себя представляет Ваш великий маг. Я думал, что у вас есть самое полное в Германии досье на это, с трудом способное поставить свою подпись, убожество!?
… Но, все таки, не может ли это быть дезинформацией русских, проведенной через доктора с помощью какой то, неизвестной нам технологии.
Пусть симбионт реальность, но действительно ли он из нашего будущего?
Канарис задумчиво выровнял лежащие перед ним стопочкой папки.
Как вы знаете, мой дорогой друг, я в достаточной мере владею русским языком и хорошо знаком с их литературным наследием.
Когда, перед началом военных действий на востоке, у нас возникла проблема доктора Плюмера, которую подкинул нам Ваш обожаемый партайгеноссе Гимлер, я просмотрел все, что было написано у русских в области научной фантастики.
В том числе и их гениального корифея в этой области — Беляева.
