Конденсаторы, расположенные около прожекторов, начали отдавать запасенную энергию в мощные электромагниты оптической системы, смонтированной на месте защитного стекла прожекторов. Четыреста тонких, поляризованных, синхронно вращающимся магнитным полем, ярких спиц, проткнули легкую ночную дымку над марсовым полем, создавая в ней, из возникших в возбужденном воздухе бесчисленных кольцевых гало, интерференционную картинку, похожую на гигантскую пентаграмму, раскинувшуюся над колоннами.
Создавая тончайший муар наложения, повторяющий, нет - не Великую Голограмму Бытия, а, скорее ЕЁ простейшую кодограмму, способную при достаточно большой закаченной мощности вступить во взаимодействия с Великой Структурой, хотя бы на самом низшем уровне и на кратчайший миг.
Фюрер поднял подбородок, всматриваясь вдаль - Сегодня мы не просто собрались отметить Великую годовщину своего партийного съезда, здесь и сейчас, мы начинаем свой великий поход в наше будущее ...
И, в этот момент, в восьмистах метрах над центром поля вспыхнул СВЕТ.
Заполненная энергией кодограмма тронула Мироздание, меняя, в одной ничтожной точке, метрику пространства и, одновременно, вызывая к себе интерес.
Сумрачный тевтонский гений учел все. Более того, используя отрывочную информацию, полученную от пришельца и сакральные тайны Древнего Мира, он смог на столетие опередить нормальное течение науки своей реальности.
Он, загипнотизированный рассказами пришельца о будущем, совершил только одну ошибку, не учел только одного - нельзя с произвольной скоростью и направлением перемещаться вдоль временной линии, можно только менять свое положения относительно временных линий, перемещаясь между пластами реальностей, находя нужную для себя страницу бытия.
Мироздание изменило свою структуру на неуловимый миг и на опустевшее марсовое поле обрушилась раскаленная до миллионов градусов волна термоядерного взрыва, превращая партийный комплекс в спеченный пирог из земли и развалин.
И где то там, в той реальности, которая по неизвестной причине стала Великим Отстойником, дрогнуло пространство ....
Великий Игрок тоже обладал своеобразным чувством юмора.
Но это будет уже другая - четвертая книга, а, скорее всего, приквел.
Так низким душам суждено высоким духом ненавидеть в стремленье гибельном обидеть все сердце их измождено но неожиданным ответом к ним возвращается назад бездумно пушенный по ветру песок и ранит им в глаза и никуда им не укрыться их зло обратно к ним придет и в море рыбой в небе птицей в урочный час к ним смерть придет но им не слиться со вселенной превоплощаясь вновь и вновь в презренном облике зверином им сеять смерть и множить кровь (Будда)
В штабе по чрезвычайным ситуациям, в который превратился кабинет Верховного и приемная, шла не прекращающаяся ни на минуту круглосуточная суета - непрерывно мелькали лица на экранах связных устройств; трещали телетайпы и фотокопиры; входили и выходили порученцы и вызванные для личных консультаций сотрудники.
Реакция человечества на Нюрнбергский Взрыв была шоковая.
Для большинства, война шла где то там, далеко, и, если и задевала своим краем родное подворье или даже прошло через него - то это была привычная война, причем уже без особого накала и ненужных, по понятию обывателя, жестокостей, в котором погибших, за редким исключением, благопристойно хоронили на строгих и тихих военных кладбищах.
Одно утро изменило все.
Гигантский комплекс партийных съездов, в котором стройными рядами, под своими знаменами и штандартами стояло сорок тысяч полных сил и агрессии людей, одним ударом, в неуловимый отрезок времени, был превращен в многокилометровое лавовое поле, на потрескавшейся поверхности которого не осталось даже следа от растраченных здесь судеб. Серьезно пострадал и город, жителей которого, по совету советского руководства срочно эвакуировали и временно поселили в палаточных лагерях.
Реакция и обывателей и политиков была почти одинаковая - шок; неприятие и понимание, что мир после этого уже никогда не станет прежним.
Все неожиданно поняли, что в Мир вступил Большой Игрок, который будет играть по тем правилам, которые он сам же и будет устанавливать.
Еще не началась организованная конфронтация этому игроку, но весь политический бомонд уже замер, готовясь осознать новый расклад сил и использовать в своих интересах возникшею ситуацию.
Как ни странно, наименьшею растерянность проявил вермахт - уничтожение всей верхушки нацисткой партии и всего костяка СС, которых армейцы вполне осознанно ненавидели, и немедленно предложенное советским командованием длительное перемирие развязало им руки и позволило взять под контроль ситуацию.
Оставшиеся без командования войска СС разоружались и отводились в тыл, старшие офицеры отправлялись под домашний арест. Началась давно подготавливаемая чистка в генералитете и государственном аппарате.
