Лорзан с надеждой ждал ответа: верующий в справедливость и Священное Писание воин, который теперь никогда не усомнится в своей вере. Кйорт подумал для вида, но понял, что рыцарь прав. Мести, конечно, он не боится, и охотников за реликвиями тоже, но зачем искушать народ? К тому же гонец из соседней провинции мог приехать не просто так, а потому…
— Для меня будет великой честью отужинать с вами и провести время до отплытия в беседе. До утра еще много времени.
— Отплывешь с «Моржом»? — спросил лорзан.
— Да.
— Осторожней, его капитан хитер и беспринципен, уж я-то знаю… Да что это мы стоим тут, на открытом месте, на всеобщем обозрении, словно продолжение спектакля. У меня апартаменты в «Акульем зубе», туда нам и доставят вино.
— Я уже снял комнату. Там мои вещи, — Кйорт покрутил в пальцах ключ. — Сказали, что пятая комната на третьем этаже.
— Керри, — позвал Энрих, — ты все слышал?
— Да, мессир, — крепко сбитый мужик с аккуратной черной бородой, густыми бровями и узловатыми руками тут же оказался рядом. — Я все сделаю.
Он взял ключ и, бряцая пластинами бахтерца, ушел вперед.
Лорзан взмахнул рукой. Еще один из его людей быстрее стрелы скрылся в «Акульем зубе», другой подошел, выслушал тихий приказ и направился к конным гвардейцам. Кйорт погладил рукоятку аарка и ощутил дрожь, словно у жеребца, рвущегося из стойла. Он усмехнулся и, направляясь за рыцарем, вдруг снова почувствовал на себе взгляд, как тогда – в Ортуке. Вздрогнули чувства. Ходящий оглянулся. Толпа редела: кто-то шел за ними в «Акулий зуб», кто-то дальше по своим делам. В толпе десятки глаз, и кто с неприкрытым вниманием сверлил его между лопаток взглядом, определить, не выдав себя, было невозможно. Одно он мог сказать точно. Силу Нейтрали он не ощущал.
«Что ж, мой ловкий наблюдатель, — язвительно подумал Кйорт, — посмотрим, как ты будешь переплывать море».
Он зашел следом за графом в гостиницу.
12.
12.
Внутри Энрих подошел к супруге и тихо переговорил с ней. Женщина послушно присела в книксене и в сопровождении двух охранников и тройки фрейлин вышла во двор. Глаза ее довольно блеснули, а фрейлины прыснули смешком, потирая руки: наверняка граф позволил им пройтись по торговым рядам и уменьшить пухлость его кошелька. Волнение, нахлынувшее в «Акулий зуб», словно шипящая волна в узкий грот, так же ворчливо откатилось. Посетители снова занимали свои столики. Лорзан лишь взглянул на хозяина гостиницы, и тот, кланяясь подобострастно, приблизился к нему, словно вышколенный пес. «Ему бы хвост, — подумал Кйорт, — он бы завилял».
— Обед мне и господину…
— Кйорт, — подсказал ходящий, выглянув из-за широкого плеча.
— …и господину Кйорту, — приказал граф. — Подать ко мне наверх. И нужна еще одна комната, для графини: ночь я проведу в беседе и не хочу, чтобы нам помешали.
Он бросил в мозолистую ладонь хозяина несколько золотых.
— Я не сильно голоден, — учтиво добавил йерро, — стоит ли беспокоиться?
— Одну смену вместо четырех, деньги оставь, — быстро добавил Энрих, увидев, что владелец гостиницы с сожалением начал отсчитывать сдачу.
Тот от неожиданности вздрогнул — сумма была чрезмерной, — но губы сами собой расплылись в плотоядной улыбке. Он кивнул и бросился выполнять указание, начисто забыв о других постояльцах. Благо для них, что отменно вышколенные подавальщицы не замедлили переключить на гостей свое внимание.
Граф тем временем поманил Кйорта взмахом руки и поднялся по крепкой витой лестнице из черного дуба с резными ясеневыми перилами, которые контрастировали по цвету со ступенями, но были столь искусно украшены резьбой, что вызывали лишь восхищение. Один из телохранителей лорзана, северянин с суровым и недоброжелательным лицом, прошел вперед, легко и бесцеремонно оттерев Кйорта к перилам, словно сбрасывая случайное перышко с одежды. Вежливо протиснулся мимо хозяина и пошел впереди, на расстоянии трех шагов от него. Другой же тихо ступал позади.